Олег Хвацкий

Привык, конечно. Вопросы свои решать. Лежишь почти, такой в кресле, пятая точка к обивке приросла, тапком в ноутбук тычешь — и ты ж почти академик. Мышкой клик, кофе прихлебнул из термокружки, жизнь удалась. Душа поет, спина не болит. А тут накопилось. Такое, знаете, что мышкой не кликнешь. Того самого, что личного присутствия требует. Ножками, ножками. Под занавес недели почти, в четверг. Главное до первого ноября успеть. А сам уже в предвкушении, каков выходные утром хреновая закуска в банках дышит, рыжики в холодильнике подмигивают, и вообще бы дома сидеть, котам пузы чесать. А надо. Надо лично по присутственным местам в рыбный день марафонить. На родной Молодёжке хоть оба учреждения. И то радость. Ладно хоть рядом с домом. Это единственное, что примиряет с несовершенством мирозд…

+2

Сегодня в календаре — дата, которая для миллионов людей остается не просто строчкой в истории, а точкой отсчета. День рождения комсомола. Для многих из нас эта организация не просто задала вектор на будущее — она стала тем самым камертоном, по которому мы настраивали свои души. ВЛКСМ не давал готовых ответов, он ставил правильные вопросы. Он учил не тому, как выгодно устроиться, а тому, как достойно состояться. Комсомол формировал нас как личности в самом жестком, но самом честном смысле этого слова. Он был той самой кузницей, где из мягкой руды юношеского максимализма выковывался стальной стержень характера. Там учили главному: слово не должно расходиться с делом, а за спиной всегда стоит твоя страна и твои товарищи. Это была прививка от равнодушия. Комсомол вбивал в подкорку простую,…

Когда кот стареет, он перестает быть красивым. Он больше не грациозный зверь с картинки, а просто уставший комок шерсти. Живот волочится ближе к полу, задние лапы подрагивают на ламинате, а уши становятся похожими на сухую бересту. Он спит не клубком, а распластавшись, тяжело, с присвистом, и уже не слышит, как вы вошли в комнату — вздрагивает только от резкого хлопка двери. Он больше не играет с фантиком. Он вообще почти не играет. Он просто смотрит в стену или в темный угол за шкафом, словно видит там что-то, доступное только его выцветшим, слезящимся глазам. Старая кошка — это сплошное неудобство. Она громко требует есть в четыре утра, потому что почки. Она промахивается мимо лотка, и вам приходится ползать с тряпкой, а потом сидеть на балконе и тихо страдать, чтобы она не видела ваш…

Время в России измеряется не только годами, но и людьми. Сегодня Геннадию Вячеславовичу Игумнову исполнилось бы девяносто. Дата, от которой веет не старостью, а той самой, почти забытой уральской крепостью. Я помню диалоги в самом конце девяностых. Традиционные брифинги по понедельникам в КДЦ. Это было время, когда страна напоминала старый, рассохшийся баркас, который швыряло по волнам дефолтов и политических штормов. Стабильны были встречи либо с Игумновым, либо с замами. Новости были содержательные. Интересные. Команда. Игумнов... Человек слова. Сейчас это словосочетание звучит как архаизм, почти насмешка. Но тогда, глядя в его глаза, ты понимал буквальный смысл. Он не давал обещаний, которые не мог исполнить, потому что знал цену человеческому труду. Он знал, сколько пота и пыли сто…

70-летняя пермячка спасла из пруда в Мотовилихе тонувшего мальчика Любовь Михайловна случайно оказалась рядом в тот момент: она гуляла с внуком в Райском саду, а потом решила спуститься к пруду по плитам. Поднимаясь обратно, женщина услышала громкий детский крик. Она бросилась к воде, но кричавшего было не видно из-за выступающих плит. Любовь Михайловна бросила внуку сумку с телефоном, чтобы не замочить, и перебралась через забор. — В воде барахтался мальчик примерно 10 лет и кричал. Его друг стоял на берегу и был сильно растерян. Верхние части плит были сухие, а нижние — скользкие, все в водорослях. На мне были удобные кроссовки, я аккуратно спустилась по сухому ниже к воде, протянула руку мальчику и выдернула его из воды силой, — рассказала @news59ru Любовь Михайловна. Оказалось, что…

Октябрь. Без пяти минут ноябрь. Перед последней планеркой месяца кофе-машина сварганила мне чашечку тааакого терпкого кофе, что он, кажется, способен сам развестись с женой и уйти в запой прямо в турке. На столе — абсолютный, неприличный порядок. Все документы выровнены по краю, ручки смотрят на север, хаос побежден и сдан в архив. Вокруг этой стерильной чистоты чувствуешь себя либо нейрохирургом, либо идиотом, который просто очень тщательно готовился к увольнению. К диалогу я готов. К промежуточным итогам — тем более. Мы же взрослые люди, давайте честно: из двенадцати грандиозных целей октября героически выжили две с половиной, и те выглядят так, будто их переехал самосвал. Но мы их героически спасем. Посмертно. А вот к шквалу планов на ноябрь я готов особенно. Это будет не шквал.…