Трудный выбор | Истории

Серия 1 Галина собиралась выбросить остывшие котлеты, когда в дверь позвонили. На часах было почти десять, поэтому она сначала удивилась, потом всё же выглянула в глазок и только после этого открыла. На площадке стояла Катя. Дочь быстро вошла, сняла куртку и повесила её на крючок, а Галина уже хотела спросить, не поссорилась ли она опять с Денисом, когда заметила округлившийся под широким свитером живот. — Катя, ты беременна? Господи, какой срок? — Двадцать две недели. И прежде чем ты начнёшь кричать, я прекрасно понимаю, что должна была сказать раньше. Галина прислонилась к стене, потому что ноги вдруг стали ватными. — Ты больше пяти месяцев носишь ребёнка и молчишь? Я тебе кто вообще? Ты одна по врачам ходила, одна всё это время жила, а мне даже не сказала? — Именно поэтому и не с…

Одна дочь много лет мечтает о ребёнке. Другая неожиданно понимает, что не хочет становиться матерью... И однажды в семье появляется решение, которое сначала кажется почти идеальным. Только очень скоро выясняется: то, что может сделать счастливым одного человека, способно разрушить другого. Где заканчивается право передумать? Можно ли считать своим ребёнка, которого тебе только пообещали? И что делать матери, если поддержать одну дочь — значит причинить боль другой? «Обещанный ребёнок» - новый роман о выборе, после которого уже невозможно оставить всё как было. 📚 Все мои каналы с историями — здесь

Серия 18. Мама В конце учебного года Катя пришла в лицей впервые после перевода. Елена попросила помочь на благотворительной ярмарке выпускников, и дочь после недолгих сомнений согласилась. В коридоре она встретила Леру. Девочки остановились, коротко поздоровались и через минуту уже обсуждали стенд с книгами. Не подруги, но и не люди, которым нужно делать вид, что друг друга не существует. Елена наблюдала издалека и не вмешивалась. После ярмарки они с Катей остались складывать коробки в актовом зале. — Мам, можно спросить одну вещь? Если бы сейчас всё повторилось и комиссия снова принесла тебе тот же приказ, ты бы опять подписала? Елена поставила коробку на пол. — Да. Но кое-что сделала бы иначе. Я слишком долго боялась, что меня обвинят в поблажке, и поэтому разговаривала с тобой ка…

Серия 17. Без оправданий О встрече Катя рассказала через несколько дней. Они с Еленой сидели в маленьком кафе, куда раньше часто заходили после школы. — Я сначала всё придумала заранее. Хотела сказать Лере, что не знала про запертую дверь, что Алина давила, что видео отправила только шестерым. Потом увидела её и поняла: опять собираюсь объяснить, почему я не такая плохая. — И что сказала? Катя обхватила чашку ладонями. — Что могла выключить камеру, могла открыть дверь и могла не отправлять видео. Не сделала ни одного из трёх. — Что ответила Лера? — Сказала: «Вот теперь я хотя бы понимаю, что ты помнишь ту же историю, что и я». Потом мы ещё разговаривали. Она рассказала про Нику и сказала, что сама когда-то примерно так же объясняла свой скриншот. — Она тебя простила? — Я не спраши…

Серия 16. Другая школа Прошло почти два месяца. Катя отвечала матери коротко, в основном по бытовым вопросам. На встречи соглашалась редко, а в новой школе держалась отдельно и почти перестала общаться с Алиной и Соней. Однажды Максим позвонил вечером. — У Кати сегодня была неприятная история в школе. Не пугайся, никто не пострадал. Она схватила девочку за руку и отобрала телефон. Елена сразу напряглась. — Зачем? — Та снимала одноклассницу в туалете, потому что у девочки порвалась юбка. Катя заставила удалить запись. Учитель сказал, что вмешалась слишком резко, но по сути остановила ситуацию. Через час Елена стояла у двери дочериной комнаты в квартире Максима. — Можно войти? Катя пожала плечами. — Папа уже рассказал? — Да. Я не пришла тебя хвалить или читать лекцию, просто хотела …

Серия 15. Три подписи Елена подписывала приказы одна. Сначала — о расторжении договора с семьёй Алины Антоновой, затем — Сони Лапиной. На третьем листе рука всё-таки остановилась. «Екатерина Максимовна Соколова». Перед глазами возникла совсем другая Катя: семилетняя, с двумя неровными хвостиками и огромным букетом первого сентября; двенадцатилетняя, плачущая из-за первой двойки; пятнадцатилетняя, забравшаяся ночью к матери в кровать после страшного фильма. Елена поставила подпись и ещё несколько секунд не убирала ручку. Через два часа Максим приехал за документами. — Она не захотела идти сама. Сказала, что всё равно ничего не изменится. — Я понимаю. Он взял конверт, но не ушёл. — Лена, только не отвечай сейчас, что всё понимаешь. Скажи лучше, как тебе самой. Елена посмотрела на б…