Много лесов было когда-то вокруг Казани: шумели сосновые, лиственные, смешанные... Осо...
Много лесов было когда-то вокруг Казани: шумели сосновые, лиственные, смешанные... Особенно много было в нашем крае дубрав. А из дубов да сосен строили в те времена суда: дубы шли на изготовление корпуса, сосны - на мачты. Еще в 17 веке была в Казани небольшая верфь. Так, в 1716 году отплыло из Казани в Балтийское море пять судов, один корабль так и назывался "Город Казань". Добрая слава шла за казанскими судостроителями. Знал об этом и царь Петр 1, но до поры до времени всё оставалось по-старому. Однажды решил собраться Петр 1 в поход против Персии (Ирана). Для победы над персидским шахом нужен был большой флот на Каспийском море. Вспомнил тогда царь о казанских судостроителях и лесах: "Это то, что нужно для создания Каспийской флотилии!". К тому же от Казани по Волге прямой путь ведет в Каспийское море. Срочно был подписан указ о создании в нашем городе Адмиралтейства – место для него выбрали на левом пустынном берегу Казанки. Были тут земли Зилантова монастыря и татарской деревни Бишбалта (Пять топоров). Через ворота Адмиралтейской слободы каждый день проходили тысячи судостроителей. И каждый принимался за свою работу. Издалека слышен скрип телег - это везут в огромных мешках соль, которую высыпают мешками в воду канала, прорытого вокруг Адмиралтейства. Вода становится солёной - и в ней будут морить дубовые бревна. За два дня дуб пропитается солью и не будет долго гнить. Мореный дуб шел на строительство судов не только в Казани – его отправляли и на другие верфи России. Было ещё вот что. По царскому указу татарские, чувашские и марийские крестьяне на полгода или год становились лесорубами. Называлось это лашманская повинность. Лашманы выполняли государственную повинность по заготовке и вывозке на пристани корабельных лесов для строительства военно-морского флота, продолжавшуюся с 1718 по 1860 год. Тяжел был их труд: зимой мужчины в возрасте от 15 до 60 лет отправлялись в леса со своими лошадьми и инструментом, жили в сырых землянках, с восхода до заката лашманы валили столетние дубы и сосны, обрубали сучья, по снегу волокли бревна к реке. И так весь день, покуда не стает снег. Наступало половодье - и надо было бревна столкнуть в реку. Теперь она несла их до самой Казани. Везли лашманы корабельный лес и на лошадях в Петербург –здесь было первое в России адмиралтейство. Это был физически тяжёлый труд, часто сопутствуемый травмами и увечьями. Сотни лесорубов погибали во время этих работ. К тому же он сопровождался длительным отсутствием дома, что приводило к запустению и упадку личного хозяйства лашманов. В татарских народных сказаниях (баитах) отразились картины тяжелой и порой безысходной жизни лашман: …Когда уходим в лашманы, на подводу мы садимся, Туманным становится ясный день от плача наших семей. …Когда я пилил осину, устали мои белые руки, Под той осиной я (остался), взял душу мою Азраил. …Ваше озеро – круглое, утка с утятами не нырнет, Придавит дерево – ни одному человеку не уцелеть. …Истории этих лашманов надо побольше писать, Редко лашманы возвращаются живыми назад. Общими усилиями пополнялся российский флот – каждый год в адмиралтействе строили до пяти судов. На каждом были установлены пумпы - насосы для откачки воды. Делали пумпы у нас же в Казани в районе Суконной слободы на пумповом заводе. В 1722 году в Казани побывал Петр 1. Осмотрел Адмиралтейство и остался доволен работой казанских судостроителей. Через несколько дней на построенных в Казани судах отправился он в персидский поход, и одерживал на Каспии российский флот одну победу за другой. Радовались победам и казанские судостроители – долго не гасли тогда огни в домах жителей Адмиралтейской слободы. Каждый вспоминал названия кораблей, отличившихся в боевых сражениях. А утром корабельщики снова шли на работу – строить суда близ деревни Бишбалта.