Летом 1943 года комиссия Минца записала интервью с командиром сводного батальона морско... — 7 августа 2026 г. в 11:01:41.953
Летом 1943 года комиссия Минца записала интервью с командиром сводного батальона морской пехоты Волжской военной флотилии, капитаном 3 ранга Телевным Петром Моисеевичем. Комбат очень ярко передает атмосферу дня 23 августа 1942г., и дает ответ на вопрос (из прошлого поста ) откуда у морпехов появились немецкие винтовки: (орфография сохранена) 23 августа в 16.00 была объявлена воздушная тревога. Меня вызвали в штаб ВВФ с данными о численном составе батальона, его вооружении. Прибыв в штаб флотилии, где я встретил зам. начальника штаба ВВФ капитана 2 ранга Асямолова, перед ним на столе лежала двухверстная карта. Асямолов был сильно взволнован, им овладело чувство растерянности. Узнав о количестве людей в батальоне, он в сотый раз спрашивал о количестве оружия. Я в сотый раз отвечал - батальон имеет 22 винтовки. Затем он сообщил мне, - немцы высадили воздушный десант в районе СТЗ, куда вы должны отправиться, сформировав батальон из наличного переменного состава. Район действий и места высадки десанта он не указал, а неопределенно положил руку на карту и всей пятерней показал направление наших действий. Этого позорного факта никто не знает. Со мной по этому поводу никто не беседовал. Ни письменного приказа, ни конкретного боевого приказа я от зам. нач. штаба флотилии не получил. Он сказал мне, что у СТЗ я должен буду связаться с командиром учебного танкового батальона, с которым мне предстояло взаимодействовать в бою и после этого вышел из кабинета. В этот момент в кабинет вошел капитан 3 ранга Пестов (зам. нач. командира Сталинградской базы), который сказал, что Асямолов ничего не знает, в действительности противник находится под Сталинградом и лучше всего, если ты прибыв с другими командирами на позиции, на месте познакомишься с обстановкой. Оружие в количестве 100 немецких винтовок можешь получить у коменданта города, а если он не даст оружия, пойди к начальнику гарнизона, в случае если и последний не выдаст оружия, тогда пойди какому-то генералу (фамилию которого я забыл), который определенно даст. Прибывший в этот момент начальник штаба флотилии капитан 1 ранга Федоров прекратил дачу мне этих бесцельных указаний о розыске оружия и приказал Пестову найти оружие и доставить для сводного батальона, обеспечив последний автомашинами и боеприпасами. Мне предложил в течении двух часов сформировать батальон и отправить в район СТЗ и действовать по обстановке. Это было конкретное приказание. В помощь мне были назначены старший лейтенант береговой службы Горшков, нач. штаба лейтенант Матвеев, и еще ряд сухопутных командиров из бывшего Горьковского батальона морской пехоты. Во время моего собеседования с начальником штаба, вошел командующий ВВФ контр-адмирал Рогачев и промолвил: "Вам предстоит выйти к СТЗ", повернулся и вышел, во избежание вопросов, которые могли последовать от меня. Придя в полуэкипаж, я начал формировать батальон, на через пять минут после моего прихода, было получено приказание начальника начальника штаба ВВФ об ускорении формирования батальона и немедленной выброски любого количества бойцов к СТЗ, ибо противник продолжает движение. Имея вооруженным только кадровый взвод, мною он и был выброшен к СТЗ. Взводу была поставлена задача связаться с командиром батальона или любым армейским командованием для получения указаний о месте расположения моего батальона. Получив приказ, кадровый взвод через десять минут выбыл к месту назначения. В этот момент противник начал воздушную бомбардировку, первые бомбы он начал класть на переправу находящуюся вблизи полуэкипажа. Бойцы 1923г. рождения, прибывшие в батальон из объединенной школы за день до этого, растерялись и рассыпались вокруг полуэкипажа, поэтому формирование из них проходило позже. Первая рота была сформирована из бывших кадровых моряков плавсостава, обогащенных боевым опытом в сражениях с немцами. Вторая рота была укомплектована молодыми красноармейцами, а третья рота - из остатков Горьковского батальона.