Детство Петра I. Московский период: 1672–1682
Детство Петра I. Московский период: 1672–1682 «Детство, полное событий» 1. Рождение и семья 👑 30 мая (9 июня) 1672 года, Теремной дворец, Кремль. У Алексея Михайловича от первой жены, Марии Милославской, было 13 детей — но почти все хилые, дохлые, сходили в могилу один за другим. Вторая жена, Наталья Нарышкина, родила троих. Первенец — Пётр. Царь, говорят, велел снять с младенца мерку и написать икону апостола Петра — в точный рост. Крестили 29 июня в Чудовом монастыре. Восприемник — старший брат, царевич Фёдор. Тот самый, что через десять лет сведет Нарышкиных со двора. 2. Учитель — дьяк Никита Зотов. Человек тихий, книжный. Ставил царевичу руку — не поставил. Почерк у Петра остался на всю жизнь чудовищный: буквы пляшут, строчки ползут вкривь, заляпаны кляксами. Зато память цепкая, Писание знал наизусть, цитировал до старости. В шесть лет — иностранные дипломаты записывают: на церемонии сидит мальчишка, глаз горит, спрашивает официально: «Здоров ли брат мой, кесарь Леопольд?». Император Священной Римской империи. Брат, надо же. Но главное — не книжки. Главное — руки. Рубанок, топор, пила. Позже скажут: первый царь-плотник. И игрушечные пушки, барабаны, латы, которые таскали из Оружейной палаты. Пётр не играл — он учился воевать. 3. 1676: смерть отца и ссылка в Преображенское 29 января 1676 Алексей Михайлович умер. Петру — четыре года. На престол сел Фёдор, сын Милославской. Нарышкиных — вон. Царицу-вдову с сыном выселили из Кремля, как квартирантов. Подавай в Преображенское. Село под Москвой, глушь, церковка, деревянный дворец. Здесь Пётр проведет годы. Здесь начнет собирать сверстников в «потешные» — тех, кто потом станет гвардией, Преображенским и Семёновским полками. Пока это мальчишки с палками. Но палки скоро сменятся настоящими ружьями. 4. 1682. Конец детства 27 апреля. Фёдор умер. Бездетный. Престол пуст. По закону — никакого закона. Устав о престолонаследии издаст только Павел I, через 115 лет. А пока — выбор. Иван, 15 лет, от Милославских: жидкий, слабый, «скорбный главою». Пётр, 10 лет, от Нарышкиных: здоровый, злой, живой. Патриарх Иоаким и Боярская дума выбрали Петра. Нарышкины победили. Из ссылки вызвали Артамона Матвеева, главу клана, «великого опекуна». Он приехал в Москву вечером 11 мая. Через четыре дня его изрубят на части на глазах у десятилетнего царя. 5. 15 мая. Красное крыльцо Утром по стрелецким слободам поскакали гонцы Милославских и царевны Софьи: «Нарышкины задушили царевича Ивана! Бей их!». Ударил набат. Стрельцы схватили ружья, бердыши, копья, развернули знамена и хлынули в Кремль. Царица Наталья вывела на Красное крыльцо обоих царевичей. Иван сказал толпе: «Меня никто не изводит и жаловаться мне не на кого». Стрельцы замерли. Обман? Их просто наняли убивать? Старик Матвеев шагнул вперед, заговорил — тихо, увещевательно, по-отцовски. Стрельцы притихли, опустили копья. Уже стали расходиться. И тут князь Михаил Долгоруков — сын начальника Стрелецкого приказа, молодой, горячий — рявкнул с крыльца: «Собаки! Своевольники! Я вас всех перевешаю!». Это была смерть. Стрельцы взревели. Схватили Долгорукова, сбросили с крыльца вниз — на копья. Тело подняли, ударили оземь, добили бердышами. Кровь хлынула по камням. А потом рванули к Матвееву. Вырвали его из рук царицы — десятилетний Пётр стоял рядом, держался за опекуна, его оттолкнули — и сбросили вниз. «Бросили его, яко агнца неповинного, от столопы Благовещенской церкви на площадь, и приняв на копья, ужасным и страшным мученическим страданиям на мелкие части тело его боярское рассекли» . Резали долго. Кричали. Кровь залила крыльцо. Пётр смотрел. Не плакал, не кричал. Говорят, не изменился в лице . Потом у него начал дергаться глаз. И щека. 6. Три дня резни 15–17 мая Кремль стал бойней. Григорий Григорьевич Ромодановский — воевода, герой войн с Польшей, гроза турок. Его схватили в собственном доме. «Ведуще его за власы и браду, зело ругательно терзаху и по лицу бивше».