Вскоре мои опасения подтвердились: по вагонам ходил контролёр. Я занервничала.
Вскоре мои опасения подтвердились: по вагонам ходил контролёр. Я занервничала. - Что будем делать? - Спросила я Жабу. Она продолжала бесстрастно смотреть в окно. - Ваш билет. - Прошамкала контролёр, бабушка-божий одуванчик, беззубым ртом. Жаба так же молча повернулась и, не мигая, на неё уставилась. Бабушка недолго постояла возле нас и пошаркала дальше. - Ваш билет, пожалуйста. - Раздалось впереди. Я облегчённо выдохнула, удивляясь способности Жабы выходить сухой из воды. - Ты хоть раз была на их концерте раньше? - Спросила я, чтобы завязать разговор. Было жарко и скучно, в окно билась жирная муха. Жаба удивлённо сфокусировала на мне взгляд, видимо, забыла, что не одна. - Да, там мой парень играет. - Сказала она и снова отвернулась. У Жабы был парень. Вот это новость! Остаток пути я переваривала новую информацию. Жаба была такой неземной, что я не представляла её в объятиях какого-то там парня. Казалось, все человеческое ей чуждо. Однако вскоре мне воочию довелось лицезреть Жабу, лобызающуюся со своим парнем. Его группа носила эпичное название "Заноза", а он сам - кличку Порох. Он был высок, небрит и неопрятен. Жабу это не напрягало. Она сидела на его тощих коленках и хлестала дешёвое вино из трехлитровой банки, которое принёс Порох. Мы расположились прямо на пустыре, в тени какой-то заброшки, не сказать, что удобно, но на безрыбье, как говорится. Образ Жабы немного померк. Я чувствовала себя не в своей тарелке, компания была сплошь незнакомая, на четверых парней приходились только мы с Жабой. К тому же, я нервничала из-за родителей и их реакции на внезапный отъезд их "сладкого пирожка". - А где здесь автомат? - Спросила я, заерзав. - Там. - Порох махнул рукой в неопределённом направлении. Я двинулась наугад. - Вы не подскажите, где здесь позвонить можно? - Кинулась я к прохожей. Она посмотрела на меня округлившимися глазами и перешла на другую сторону улицы. Раньше меня такая реакция позабавила бы, сейчас было не до смеха, тихонько накрывала паника. Я нашла-таки автомат, без посторонней помощи, достала из заднего кармана карточку, набрала домашний номер. - Алло, - раздался мамин испуганный голос в трубке. - Привет, мам, - я старалась, чтобы мой голос звучал как можно бодрее. - Где ты? Давно должна была вернуться. - Мама, ты только не переживай. – Затараторила я. - Я уехала на концерт, в Краснодар. - Как в Краснодар? - Закричала мама так громко, что я отодвинула трубку от уха. - Когда ты вернёшься? С кем ты? - Мам, не волнуйся. - Ответила я и с сожалением повесила трубку на рычаг. Назад я вернулась в сгущающихся сумерках. Ничего не изменилось, только Жаба стала ещё пьянее, она тоненько хихикала, пока Порох её откровенно лапал. Стало противно. Хотелось оказаться дома, есть мамину стряпню и вместе смотреть "Поле чудес", а не вот это вот все. При мысли о еде желудок требовательно заурчал. Но сейчас было не до него. Ночь, как всегда на юге, набросила на город тёмное покрывало резко и неожиданно. Жаба с Порохом засобирались к нему домой, трое оставшихся музыкантов из всемирно известной группы "Заноза" отправились на ночлег в заброшку. Я занервничала. - А где мне ночевать? – Поборов свою природную застенчивость спросила я, иначе придётся ночевать прямо на пустыре. Жаба не обращала на меня ни малейшего внимания. "Да она пьяная вдрызг", - запоздало дошло до меня, когда я разглядела в темноте её остекленевший взгляд. - Щас что-нибудь придумаем. - Пообещал Порох. Он попрощался с друзьями, и мы двинулись в неизвестном направлении. Я втайне надеялась, что Порох приютит и меня тоже. "Что ему, жалко, что ли?" Но я не входила в его планы. Мы спустились в подвал двенадцатиэтажки. Я сглотнула. В подвале была комната с тяжёлой железной дверью. Внутри располагались два самодельных топчана, друг напротив друга, в углу лежала куча пустых бутылок. Один топчан был занят влюблённой парочкой. Они целовались взасос, девушка была пьяна. - Здрасте. - Поздоровалась я.