- Так иди, в магазин сходи. Мне пива купи. - Колька испарился, а Сонечка продолжила люб...
- Так иди, в магазин сходи. Мне пива купи. - Колька испарился, а Сонечка продолжила любоваться фотографиями чудесной девочки. На следующей день у Сонечки был выходной, но она все равно побежала с утра на работу - продемонстрировать всем эксклюзив. Каково же было её разочарование, когда оказалось, что у всех одни и те же фотки. Эксклюзива не вышло! В расстроенных чувствах Сонечка поплелась домой. Настя продолжала скармливать подписчицам фотки модных колясок, частей тела мужа и ребёнка и, само собой, себя любимой. Роды на ней никоим образом не отразились: она была по-прежнему стройна, как тростинка и свежа, как утренняя роса. - Ведьма! - Восхищались подписчицы. Сонечка вздыхала и заедала стресс прямо на рабочем месте, не отходя от кассы, грубо говоря. В общем, жизнь шла своим чередом. И вдруг - как гром среди ясного неба! Настя опубликовала фотку без кольца с подписью: "Больше не вместе". Чат и "Магнит" жужжали, как потревоженный пчелиный рой: "Каков подлец!", "Да разве можно бросить такое совершенство", "Да он её мизинца не стоит". Все жалели бедных Настю с Евой. Никому даже в голову не пришло, что, может, это Настя его бросила. Мужика заранее заклеймили "подонком" и "мудаком". Вдруг кто-то кинул клич: "Надо бедной девочке помочь". Сообщение распространялось со скоростью лесного пожара. "Магнит" не остался в стороне: сбросились по тысяче. - На доброе дело не жалко. - Сказала Наталья Пална. Все были с ней солидарны. Вдруг кто-то в чате написал: - Да не было у неё никакого мужа. Я с ней в одном доме живу. И не Настя она никакая, а Верка. И на фотографиях узнаваема с трудом. Но это был глас вопиющего в пустыне! Чат заволновался, загалдел, на несчастную набросились, как акулы на несчастную жертву. Подписчицы жаждали крови, у писавшей не было шансов. От переживаний Сонечка, как обычно, взяла с полки пирожок. И вдруг её осенило: у неё же есть Колька! Даже таких, как Настя, бросают. А её Колька надежен, как швейцарский нож. Она положила надкусанный пирожок обратно на полку. Утром Кольку ждал сюрприз: тарелка наваристого борща со сметаной и пышнейшие котлетки, исходящие паром. - Садись, Коленька, покушай перед работой. - Позвала его ласково Сонечка. От неожиданности Колька икнул. На негнущися ногах он подошёл к столу, ожидая подвоха. Когда Сонька не работала, то валялась до обеда в постели. А когда он последний раз ел Сонькину стряпню, он уже и забыл. Все сосиски, да макароны. - Сонь, случилось что? - Осторожно спросил Коля, боязливо присев на краешек стула. - Ты ешь, Коленька. Вот завтрак тебе решила приготовить. Ты кушай, кушай, не стесняйся. - Соня подперла кулаком толстую щеку и смотрела на него с такой любовью, что Коля, кажется, стал даже шире в плечах. Его не нужно было просить дважды: наворачивал так, что за ушами трещало. - Спасибо, Сонечка. - Он удовлетворенно крякнул и утер рот рукавом. - Подожди, я тебе с собой заверну. Мужиков угостишь. Мужики удивились. Они уже давно привыкли обедать булкой с кефиром, а тут такой пир. - В честь чего, Колька? - Поинтересовался Кузмич, главный механик в гараже. - Это меня Сонька так любит. - Похвастался переполненный гордостью Коля. Вечером он, чтобы отблагодарить жену, купил по дороге букет. - Ой, Коленька, это мне? - Всплеснула руками Сонечка. - Тебе, моя зайка! Сонечка уже и не помнила, когда ей последний раз дарили цветы, особенно вот так, без повода. А ночью у них была такая любовь, что кровать не выдержала и сломалась. - Ничего, починю завтра. - Пообещал Коля. Уснули они счастливые. Утром Соня сфотографировала цветы и полетела на работу, нести прекрасное в массы. - Вот это у тебя мужик. Повезло! - Вздыхая, сказали бабы. Соня не ограничилась коллективом, а решила, что про её неземную любовь должны знать все и зарегистрировалась в молчигрустьграмме. Никаких полумер и частей тела. Все, как есть, без прикрас: худосочный, миниатюрный Коля и Сонечка, едва помещающаяся в кадр.