Маргарита Масленникова член Общественной палаты РФ
Лайфстайл · 27 апреля 2026 г.
МОЁ «Я» ЗА ГОРОЙ МУЖСКИХ ОБЯЗАННОСТЕЙ
МОЁ «Я» ЗА ГОРОЙ МУЖСКИХ ОБЯЗАННОСТЕЙ Иногда ловишь себя на мысли: я больше не женщина, не любимая, не жена. Я - пункт приёма передач, оператор видеозвонков по расписанию, хранительница тревожного чемоданчика и бесконечный источник поддержки. Я должна быть сильной, понимающей, терпеливой. Не имею права ныть, не имею права уставать, не имею права злиться. Самое поганое в этом состоянии - оно подкрадывается незаметно. Сначала ты вынужденно берёшь на себя мужские дела, пока он на фронте. Потом привыкаешь решать всё сама и уже не спрашиваешь его мнения - зачем грузить? А потом вдруг понимаешь, что вы не разговаривали по душам месяца три, а только по делу: «документы оформила», «деньги пришли», «врача дочке нашла», «мастера нашла, всё починили». Ты стала менеджером вашего брака. И вроде всё правильно делаешь, а внутри - пустота. Смотрю в зеркало по утрам и не узнаю ту, которая была до. Не потому что постарела. А потому что глаза стали чужими. Будто в них кто-то потушил свет. Раньше я была женой. Человеком, которому интересно, о чём думает муж. А теперь я та, которая решает бытовуху, терпит, ждёт, молчит. Иногда ловлю себя на мысли, что разговор свёлся к списку дел: свет оплатить, то и то купить, позвонить, решить, съездить. Я боюсь пожаловаться, потому что ему там хуже. Боюсь рассердиться, потому что он там рискует. Боюсь посмеяться от души, потому что это чувство внутри… как будто это предательство. И вот я сижу вечером и думаю: а кто я такая? Если убрать слово «жена военного» - что останется? Психолог сказала, что это называется идентичностный сдвиг. Когда кризис съедает тебя как личность, и ты остаёшься только в роли. Роль ждущей, роль сильной, роль той, кто не имеет права на слабость. А вина - это следствие. Мы виним себя за нормальные реакции, потому что думаем: он там в окопе, а я тут не справляюсь с эмоциями. Но это капкан. Я не заметила, как перестала быть женщиной для него. Я стала функцией. Решалой. Тем, кто тащит, чинит, договаривается. Я думала, что так помогаю. А на самом деле - я заняла его место. И теперь, когда он звонит, он слышит не жену, а отчёт начальника тыла. Я сама вытолкнула его из нашей семьи своей выносливостью. И поняла, что надо слезать с этого коня. Не потому что я слабая. Я-то сильная, раз могу. А потому что я не хочу быть мужиком. Я хочу быть собой. Первое, что я сделала - перестала стыдиться, что чего-то не умею. Казалось, не разберусь со сметой, прорабом, льготами - подведу, слабая. А потом поняла: я не прораб. Я жена. И попросила. Брата - с розеткой, отца - с машиной, волонтёров - с тяжёлым. Думала, скажут: сама не можешь? Никто не сказал. Людям приятно помогать, если дать им такую возможность. А я перестала оправдываться за то, что я не мужик. Второе - я вернула ему его место. Перестала говорить «я сама». Стала советоваться. Не потому что не разберусь, а потому что это его дом, его дети. Он должен знать, что его решений ждут. Когда он звонит, я говорю не только «я оплатила, я нашла, я отвезла», а «помоги разобраться». Поначалу было странно советоваться, когда он на войне. Но муж включался: говорил, что делать, давал контакты друзей - и всё решалось. Я увидела, как у него меняется голос. Из уставшего бойца он становился мужчиной, главой. Не от беспомощности, а потому что вернула ему его. Третье - я перестала быть его эмоциональным спасателем. Боялась расстроить, нагрузить, быть неудобной. Молчала. А он не знал, что я ору в подушку по ночам, что глаз дёргается от кучи проблем. Однажды сказала: «Я устала. Нет сил. Не справляюсь». Думала, взбесится. А вышло иначе. И когда разрешила себе быть уязвимой, в разговорах снова появились мы. Не два отчёта с разных концов, а муж и жена. Я хочу сказать, что мы не обязаны выжигать себя дотла, чтобы доказать любовь. Мы и так всё доказали. Теперь главное - сохранить ту женщину, ради которой он хочет вернуться. А эта женщина не тащит всё сама. Она умеет просить. Она умеет ждать. И она умеет жить. Даже сейчас. #КСВО #КСВОВРН #СВОИХНЕБРОСАЕМ