Об антицерковном проекте «Исповедь священника перед Церковью»
Об антицерковном проекте «Исповедь священника перед Церковью» Как организовать информационный вброс против Русской Православной Церкви в условиях современной России, где верующих и доверяющих Ей становится все больше? Как начать принижать Церковь, но так, чтобы все думали, что эта акция – поддержка Церкви? Как посеять сомнения среди ищущих, критику среди равнодушных и подогреть агрессивно настроенных? Всё очень просто. Нужно найти автора, который бы ругал Церковь, обвиняя Ее во всех тяжких, но не нашего современника, а автора пораньше, лет сто назад. И желательно церковного, да еще и под видом правдоискательства. И такой автор был найден – архимандрит Спиридон (Кисляков). Его давно забытая всеми нормальными людьми книга «Исповедь священника перед Церковью» вдруг обрела современную красочную и интересную обложку, содержащую все основные выкладки, которых придерживается прозападная антицерковная пропаганда лет так уже как двадцать: «Благословлять на гибель и убийства?», «Освящать оружие?», «Преклоняться перед земной властью?», «Обирать нищий народ?» (эти кричалки напечатали прямо на обложке). И несмотря на эти кричалки, книга показалась церковной даже для церковных магазинов, которые стали предлагать ее к покупке за очень низкую цену. Авторам этой антицерковной акции прямо-таки повезло с отцом Спиридоном – он был лихим леворадикалом в начале прошлого века, известный только историкам. Так что можно поздравить врагов нашей Церкви — они обрели в своих рядах кого-то из наших «бывших», кто в теме и знает историю. Однако, кто этот автор? И почему он архимандрит, если плохо пишет про Церковь? Если разобраться, то с ним все окажется очень просто и типично для того времени. Психический и духовный распад отца Спиридона начался рано. Впечатлившись от того, что он увидел на Первой мировой войне – как из немецкого бомбардировщика с изображенным на нем крестом падают бомбы, – он стал убежденным толстовцем, которому во сне являлся собственной персоной отлученный от Церкви за свою ересь непротивления злу силой Лев Николаевич, наставляющий его, что делать дальше для «дела мира». Отец Спиридон, видимо, после таких сновидений, старался во всю – нарушал церковный Устав, вводил русский язык в богослужение, клал земные поклоны там, где они были неуместны, громко и неадекватно эмоционально читал тексты молитв, и других из своего прихода подговаривал – одним словом, зажигал по полной. Кроме того, судя по всему, верил то ли в переселение душ, то ли в их предсуществование (и то, и то осуждается учением Церкви). Написал потом эту свою книгу, но так, что исповедь превратилась в ругань Церкви и всего, что с Ней связано. В ней он идет по всем путям, по которым обычно идут все раскольники и еретики: – подвергает сомнению иерархию Церкви («священство и епископат заблуждаются, обманывают, наживаются на бедах людей» и т.д.), – бьет по связке церковного богословия с нравственностью («священники сами не живут так, как учат»), – подвергает сомнению благодатность церковных Таинств («они больше не действуют»), – подвергает сомнению историю и Предание Церкви («они всё исказили, на самом деле Христос не тому учил»), – атакует необходимую составляющую церковного устройства («Церковь стала министерством духовных дел»). Все эти бесовские искушения известны в церковной апологетике давно, некоторыми сатана искушал Самого Христа во время Его земной жизни, а некоторые тянутся со времен грехопадения Адама и Евы – где диавол старается психозом правдоискательства и реформаторства так утомить человека доводами, чтобы тот попёр не только на Церковь, но и на Самого Бога. И отец Спиридон попёр… Архимандрит Спиридон (Кисляков, 1875-1930) по очевидному стечению обстоятельств не был подвергнут формальным каноническим прещениям со стороны Русской Православной Церкви – не было ни запрещения в служении, ни отлучения, ни анафемы. Хотя в те времена его взгляды вызывали резкое неприятие у церковной иерархии, до официального осуждения дело так и не дошло, потому что, мягко говоря