В поле стоит Полудница, смотрит прямо в глаза,
В поле стоит Полудница, смотрит прямо в глаза, Будто спрашивает: «Зачем ты вышел в этот зной?» А я шепчу: «Прости, я просто не знал, куда деться», И солнце давит, как приговор, над головой. Золото ржи колышется, знойный воздух дрожит, Каждый колос - стрела, что целится прямо в грудь. Она не двигается, молчит, но взгляд её говорит: "Ты свой последний, смертный, здесь завершаешь путь". Жаркое марево, небо горит огнём, Время застыло, и мы с нею только вдвоём. Молчание давит, слышно, как кровь стучит, Она просто смотрит, смотрит... и вечность молчит. Полуденный демон, хозяйка выжженных трав, В её глазах вековая, немая печаль. Я здесь по ошибке, я был абсолютно не прав, И душу мою уносит в палящую даль. Я помню прохладу ручья и тенистый навес, Но ноги не слушаются, вросли в сухую стерню. Вокруг только поле, до горизонта лишь жёлтый лес, И я свою волю медленно здесь хороню. Хотелось бы крикнуть, но в горле колючий ком, Дыхание сбилось, в висках отбивает набат. Я стал в этом поле безликим, сухим сорняком, И нет ни дороги вперёд, ни дороги назад. Жаркое марево, небо горит огнём, Время застыло, и мы с нею только вдвоём. Молчание давит, слышно, как кровь стучит, Она просто смотрит, смотрит... и вечность молчит. Полуденный демон, хозяйка выжженных трав, В её глазах вековая, немая печаль. Я здесь по ошибке, я был абсолютно не прав, И душу мою уносит в палящую даль. Серп раскалённый в её неподвижной руке, Или это просто так солнце играет лучом? Мысли плывут, словно круги по сонной реке, И кажется, всё происходящее - страшный сон. Жанна Г. Полудница. В славянских поверьях это дух жаркого полдня, который появляется в поле и может наказать того, кто работает в самое пекло. „Поле без укрытий“ — мистическая лирика на стыке экзистенциального напряжения и „военной“ беззащитности: встреча с Полудницей как столкновение с неизбежным, когда спрятаться негде — ни от зноя, ни от правды, ни от самого себя.