Четыре года назад началась СВО. Я встретила её под Киевом на пересечении четырех аэродр...
Четыре года назад началась СВО. Я встретила её под Киевом на пересечении четырех аэродромов, на один из которых (в Гостомеле) высадилась наша группа. Самолеты шли низко, с вертолетами сопровождения и так низко, что я отчетливо рассмотрела их до деталей. С крыши дома от вибрации слетел весь мусор, лежавший там ещё со стройки. А потом научилась считать, сколько времени проходит от вспышки взрыва до его звука, чтобы на всякий случай отойти подальше от окна, потому что от каждого взрыва стены дрожали, а окна звенели. Напряжение в воздухе усиливалось с каждой минутой. Потом... потом было потом, а в тот день все новости удавалось получать в интернете и они были уже военными. В феврале 22-го я не верила, что Россия решится на эту операция, потому что знала и понимала, что происходит с Украиной и на Украине. Была уверена, что Россия не готова к этой войне, что она не представляет масштабы украинской трансформации. И не ошиблась. Но... случилось то, что случилось. Если бы СВО отложили хотя бы на пару недель, то жертв с нашей стороны было бы на порядки больше и вряд ли уже в 22-м Азовское море стало бы внутренним. Чем бы пришлось за это заплатить, военные знают лучше, но тогда всё казалось странным и нелогичным. Хаос в Киеве не помешал встревоженным патриотам забрать у меня технику, телефон, чтобы я не могла выходить в интернет и что-то писать или говорить в стримах. Только несколько дней мне удалось оставаться активной в сети. Но в хаосе депутаты успели принять закон о колаборантах и друзья поспешили помочь мне выехать из Киева, понимая, что меня ждет. И вот, пока в России часть испуганных направлялась к Верхнему Ларсу, я и такие как я, шли в другую сторону - домой в Россию. Дорога была опасной, а после Бучи невозможной, потому что шедших в Россию ждала страшная и неопределенная судьба. Дошли не все. Новоявленные молодые патриоты, которым раздавали автоматы даже не спрашивая документов, гонялись друг за другом, пуляя в небо или отбирали автомашины у тех, кто уезжал из страны на эвакуационных поездах. Быстро эти мальчики пересели на джипы и почувствовали себя хозяевами жизни. Короткой жизни. Ведь большинства из них уже нет. Мой путь домой оказался длиною почти в полгода и я перешла границу с небольшой сумочкой, в сандаликах и минимумом вещей, которые успела собрать с собой пока под Киевом устанавливали блок-посты. Но в первые дни я вела стримы и много писала. В память об этом друзья сохранили мой стрим от 25 февраля, который я уже в России, добравшись до Интернета, сохранила на ноутбуке. Доступ на каналы восстановить не удалось. А уже здесь, дома, год назад ютуб окончательно удалил мой канал без права восстановления и оборвал последнюю ниточку моей киевской истории. На канале хранились мои записи, выступления на ТВ, интервью. Пришлось снова открывать запасной. Он ещё живет, но зайти туда у меня получается очень редко и... случайно. Завтра поставлю запись своего последнего киевского стрима чтобы посмотреть и вспомнить первый день начала СВО... Четыре года - большой срок. Но чем дальше в историю уходит 24 февраля 2022 года, тем больше я убеждаюсь в том, что всё Россия сделала правильно. Другого пути не было. Война была неизбежна и я не ошиблась в этом. А дата - не ошибка, а отсутствие знаний и информации, которой у меня не могло быть. И это не может изменить главного - знания того, что Россия победит, потому что она права и она - настоящая!
Канал в каталоге Максиметера
2 340 подписчиков · Политика