Домой вернулась тихая и задумчивая. От Егоровых вопросов отмахнулась, да ерунда, мол, в...
Домой вернулась тихая и задумчивая. От Егоровых вопросов отмахнулась, да ерунда, мол, всё в порядке. А только вечером, когда уснули все, позвала Егора на крыльцо. - Сядь, отец, поговорить надо… Знаешь, что мне доктор сказал? Ребёнок у меня будет… Поздно уж что-то делать, рожать надо… Сказала и руками лицо закрыла. – Стыдоба-то, вот стыдоба… Егор, так просто опешил от такого известия. Столько лет не было детей и – надо ж! - Да какая стыдоба, мать, - аж сигарету свою отбросил, так и не прикурив. - Старшие вон все уж почти разбежались, вдвоем, что ль, останемся? Нееет, природа правильно всё расставила! Значит, готовиться будем! - Как детям-то сказать? Скажут, старуха уже, а туда же… - Да какая ж ты старуха? Тридцать девять, разве ж годы? - Ой, прямо не знаю, что делать, что делать… Стыдоба… - Ладно. Сам скажу. Завтра и скажу, Как раз все соберутся. И сказал. Как только за столом собрались, так и сказал. Что, мол, ребята мои хорошие, скоро у вас ещё брат будет. Или сестра. Вот так. Нюся голову опустила, в тарелке будто что высматривала, покраснела аж до слёз… Николка, который по случаю воскресного дня с молодой женой у них гостил, только хохотнул. - Здорово, мать! Молодец! Вот вместе с моей и рожайте! Им, детишкам, вдвоём сподручнее будет расти! Санька тоже обрадовался: - Давай мам! Ещё братишку! А Лёшка возразил: - Не… Девочку. А то парней у нас много, а девчонка одна. Разбаловали принцессу… Алёнка только зыркнула на Лёшку. - Разбаловали… Ты, что ли баловал? Конечно, девочку, мам! Я ей банты буду повязывать, платья купим красивые! - захлебнулась восторгом. - Платья… Что она тебе кукла? – вступил в разговор Илюшка. – Ребёнка ещё и воспитывать нужно, - назидательно произнёс он. -Воспитаем, - с расстановкой сказал Егор. – Плохо, поди, вас воспитали? Вот, то-то… А Нюся всё равно стеснялась и прикрывала растущий живот, когда платком, когда в жару плащ накинет, вроде прохладно ей. Положенные месяцы прошли незаметно. Уже порадовались первенцу Николкиному, мальчик! Илюшка уехал доучиваться в свой институт, каникулы окончились. Санька с Лёшкой тоже уехали – поступили в сельскохозяйственный техникум. И у Алёнки начался учебный год. Тихо стало в хате, пусто. Алёнка то в школе, то у подружек. Уже и парнишка какой-то её провожать стал с танцев воскресных. Нюся не спала, поджидала Алёнку. И вдруг боль… Такая резкая, что в глазах потемнело. - Егор, - слабо позвала она, - Егор, кажется… началось… Побледнел тот, ноги в башмаки сразу и не попали. - Ты, погоди, мать, я сейчас, сейчас… Скорую давай! - крикнул вошедшей Алёнке. Та сразу поняла, в двери выскочила. Через две минуты в дом ворвалась. - Мам, сейчас Толик отвезёт тебя, машину у отца попросит, подожди! «Толик, значит…», - подумала она и снова резкая боль схватила внизу живота… - Ой, мамочка! Да что же это! Через ещё пять минут, вошёл парнишка, что провожал Алёнку - Батя сам отвезёт, - сказал Алёнке. - Поедешь? - Я поеду, - сорвал куртку с вешалки Егор. – Не бойся, Нюсь, я с тобой… Всю ночь Егор сидел на крыльце районного роддома и дымил сигареты одну за другой. Наутро двери открылись, вышла немолодая нянечка. - Сидишь, папаша? Куришь? Теперь курить-то пореже придётся… Первый у тебя что ли? - Пятеро у меня, - глухо сказал Егор. - У! Да ты богач! Только не пятеро, а семеро! Двойню твоя красавица принесла! - Д…войню? – заикаясь, переспросил Егор. - Малец и девчушка! Малец крикливый, - засмеялась она. – А девчушка красавица! Ты иди домой-то, папаша. Завтра приходи. Она у нас ещё полежит маленько. Детишки вес должны набрать. Да, принеси чего надо. Тебе любая скажет, понял? - Ага, - кивнул головой ошарашенный Егор. На выписку вся семья собралась. По такому случаю и все три студента отпросились с занятий, приехали. Нянька торжественно вынесла два свёртка, перевязанных один синей лентой, другой розовой. Сзади шла смущённая Нюся. Егор принял один свёрток, а второй и не знал, как взять.