Юрий Бычков:
Юрий Бычков: 17 июля 2026 года, в день убиения Царской Семьи, старший священник Храма-на-Крови в Екатеринбурге иерей Максим Миняйло за ночной Божественной литургией произнёс проповедь. В сети она разошлась под заголовком «Огненная проповедь отца Максима Миняйло» с ключевыми словами: «Я Царя не убивал, мне не в чем каяться». Прозвучавшее слово — яркий пример той парадигмы, которая десятилетиями формирует сознание многих православных людей. Проповедник говорит искренне, с болью и ревностью. Но именно на этом примере хорошо видно, к каким богословским и историческим ошибкам приводит некритичное следование этой парадигме. Разберём ключевые тезисы проповеди. 1. «Кровь Его на нас» — о каком грехе идёт речь? Проповедник, ссылаясь на святителя Иоанна Шанхайского, утверждает, что «кровь Царя лежит на всём народе», а потому мы все виновны в цареубийстве. Однако при ближайшем рассмотрении эта позиция не выдерживает критики. Народ в массе своей не знал о готовящемся убийстве. Официальная пропаганда объявила, что расстрелян только бывший император, а его семья «эвакуирована». Тайное, ритуальное убийство в подвале Ипатьевского дома было совершено не «всем народом», а конкретными богоборцами. Соборная вина народа — не в убийстве, а в нарушении обета 1613 года, в отступничестве от Бога и Его Помазанника. Именно этот грех требует покаяния, а не ложное самообвинение в том, чего народ не совершал. 2. Кто ответственен за «молчание»? Проповедник с горечью упоминает о молчании Синода, но тут же перекладывает вину за это молчание на безликую массу народа. При этом игнорируется решающий факт: Синод признал Временное правительство «законной властью» и призвал присягать ей. Для простого верующего это означало, что всё происходящее — законно. Мог ли он противиться церковному и государственному закону, благословлённому высшей церковной инстанцией? Народ был обманут своими же пастырями. Самая большая вина лежит на тех, кто ввёл народ в это заблуждение, а не на тех, кто был введён. 3. «Кровь Его за нас», а не «кровь Его на нас». В прозвучавшей проповеди Государь предстаёт как пассивная жертва народного греха. Но Писание и Предание говорят о другом. Сам Николай II сказал: «Если для спасения России нужна искупительная жертва, я буду этой жертвой». Он сознательно, добровольно взошёл на свою Голгофу. Его смерть — не просто убийство, совершённое «всем народом», а христоподражательный подвиг. Именно здесь проходит главный водораздел между двумя парадигмами. Утверждать «кровь Его на нас» — значит видеть в Государе лишь жертву нашего греха и обрекать народ на вечную вину за убийство. Но истина в том, что «кровь Его за нас». Наша вина реальна, но она не в том, что мы пролили кровь Государя. Она в том, что мы своим отступлением, изменой обету и предательством Божией власти довели дело до того, что он вынужден был пролить свою кровь за нас. Не мы Его убили — Он отдал Свою жизнь ради нашего спасения от духовной смерти. Как истинный Помазанник и отец народа, он испросил у Бога не погубить, а помиловать свой народ. Его жертва уплатила наш долг и сохранила для нас богоизбранность. И в этом — не наше проклятие, а наше спасение. 4. Опасность ложного покаяния. Призыв каяться в убийстве, которого человек не совершал, — не просто богословская ошибка, а духовная опасность. Святитель Иоанн в той же проповеди приводит эпизод с амаликитянином (2 Цар. 1:1-16): он был казнён не за убийство Саула (он его не убивал), а за то, что сам приписал себе этот грех. «Кровь твоя на голове твоей, ибо твои уста свидетельствовали на тебя», — сказал ему Давид. Те, кто сегодня повторяет «кровь Его на нас», рискуют навлечь на себя то, чего не совершали. https://ruskline.ru/news_rl/2026/10/27/ya_carya_ne_ubival_mne_ne_v_chem_kayatsya Подписаться на канал: https://max.ru/channel_ruskline