№96 — «Дедушка и ночь, когда бабушка ушла спать в другую комнату»
№96 — «Дедушка и ночь, когда бабушка ушла спать в другую комнату» Всё началось с храпа. Зинаида терпела его много лет. Сначала толкала Петровича локтем, потом переворачивала на бок, потом научилась засыпать раньше него. Но в ту осень храп стал таким, что даже кот перестал спать у них в ногах. — Петрович, ты ночью дом разбираешь. — Я сплю. — Вот именно. А я участвую. — Значит, тоже спи. — Очень полезный совет. Ночью он снова захрапел. Зина толкнула его. — Повернись. Он перевернулся. Через минуту стало ещё громче. Она накрыла голову подушкой. Не помогло. В половине третьего Зина встала, взяла одеяло и ушла в маленькую комнату, где обычно ночевали гости. Утром Петрович проснулся один. Посмотрел на пустую половину кровати. Сначала решил, что жена уже на кухне. Пошёл туда. На кухне никого. Заглянул во двор. Пусто. И только потом увидел закрытую дверь гостевой комнаты. Открыл. Зина спала поперёк кровати, раскинув руки, и выглядела удивительно довольной. — Зин. Она приоткрыла один глаз. — Что? — Ты чего здесь? — Живу новую жизнь. — В смысле? — В тихом. Петрович нахмурился. — Я что, сильно храплю? Зина села. — Петрович, если вчера ночью где-то в районе испугались медведя, это был ты. — Не может быть. — Я записала. Она включила телефон. Из динамика раздался такой звук, что дед сначала даже не понял. Потом лицо у него вытянулось. — Это я? — Нет, трактор завёлся в спальне. Он послушал ещё несколько секунд и выключил. — Телефон искажает. Зина посмотрела на него. — Конечно. За завтраком Петрович был мрачный. — И что теперь? Ты там спать будешь? — Пока не высплюсь. — А потом? — Посмотрим. Дед сделал вид, что ему всё равно. Вечером Зина постелила себе в гостевой. Петрович прошёл мимо двери. — Удобно? — Очень. Через пять минут вернулся. — Подушка нормальная? — Нормальная. Ещё через десять: — Там окно дует. — Не дует. — Я проверял. — Петрович, иди спать. — Я и иду. Он ушёл. Вернулся ещё раз. — Кот где будет? — Пусть сам выбирает. Кот выбрал Зину. Это стало окончательным унижением. — Предатель, — сказал дед коту. Тот улёгся у бабушки в ногах. Первые полчаса Петрович наслаждался свободой. Вся кровать его. Можно лечь поперёк. Можно не слушать: «Убери локоть». Можно спокойно храпеть. Он лёг. Потом перевернулся. Потом ещё раз. Подушка казалась неудобной. Одеяло почему-то всё время сползало. Через стену было тихо. Слишком тихо. В два часа ночи Петрович встал попить воды. Проходя мимо гостевой, остановился. Дверь была приоткрыта. Зина спала. Кот тоже. Петрович постоял, вздохнул и вернулся к себе. Наутро Зина вышла бодрая. — Доброе утро. — Угу. — Как спал? — Отлично. — Вид у тебя как у человека, которого всю ночь допрашивали. — Просто рано встал. На третью ночь Петрович неожиданно принёс в гостевую вторую подушку. — Это зачем? — Там твоя слишком мягкая. — Я не просила. — Я знаю. Он положил подушку и ушёл. А через минуту вернулся снова. — Зин. — Ну что ещё? — А если я перестану храпеть, вернёшься? Она посмотрела на него и впервые перестала смеяться. 📖 Из «Бабушкиной тетради XXI века» ❣️написать мне в личку 💫Поставь пожалуйста 💖если тебе нравятся мои посты