☪️ Споры вокруг вакфа: суду предстоит решить судьбу исторического мусульманского кладб...
☪️ Споры вокруг вакфа: суду предстоит решить судьбу исторического мусульманского кладбища в Янгоне. В начале августа 2026 года на территорию суннитского мусульманского кладбища в янгонском районе Тамве въехали четыре крупных бульдозера и тяжелая техника. Формальным поводом стала расчистка части территории от мусора, но в ее ходе, как сообщили попечители кладбища, было уничтожено несколько старых могил и выкорчеваны вековые деревья. Это тихое кладбище – действительно уникальное место для истории Мьянмы, которое, к сожалению, мало известно буддийскому большинству страны. Оно расположено близко к центру, прямо за крупным торговым комплексом Tamwe Ocean, и вход в него около мечети на улице Банья Дала почти не заметен для водителей и пешеходов. Здесь похоронен Абдул Разак – один из мучеников, убитых вместе с Аун Саном 19 июля 1947 года. Тут также находится могила Пе Кхина — дипломата, «архитектора Панлонских соглашений» 1947 года, собравших воедино новую страну в момент обретения независимости. Для многих мьянманцев особо значима могила полковника вооруженных сил Ба Шина — известного историка, сохранявшего древнее культурное наследие страны. Здесь же нашли пристанище Джамшид Шах, внук умершего в Рангуне последнего императора Великих Моголов Бахадура Шах Зафара, и его жена. Список известных людей, чьи могилы находятся на кладбище в Тамве, этими именами не исчерпывается. В 1921 году земля была безвозмездно передана в дар суннитской общине Рангуна богатым мусульманским меценатом в качестве единого неделимого религиозного дара (вакфа). В 1922 году там начались официальные захоронения. При этом, земля с точки зрения закона продолжала быть собственностью первоначального владельца. Около 15 лет назад группа потомков дарителя во главе с женщиной по имени Мьин Мьин Эй обратилась в суд. В своем иске они указали, что в 1997 году правительство Мьянмы официально закрыло кладбище для новых захоронений, и значит объект перестал выполнять свою прямую функцию. А если «целевое назначение дара утрачено», право собственности должно вернуться к семье. Попечительский совет проводил три встречи с претендентами и привлекал исламских правоведов. Их вердикт: согласно нормам ислама, земля вакфа, отданная под кладбище, становится неотчуждаемой собственностью общины до конца времен — её нельзя продать, подарить или вернуть наследникам дарителя, даже если захоронения на ней прекращены. Гражданский суд Мьянмы обязан рассматривать это дело не просто по общему земельному законодательству, а с учетом исламских правовых норм о вакфе. Это регулируется действующим с колониальных времен Законом о Бирманском праве (Burma Laws Act, 1898), который прямо обязывает государственные суды применять мусульманское право там, где всеми сторонами являются мусульмане, но только в делах, касающихся наследования, завещания и подарков, брака и развода. Кроме того, право Мьянмы – прецедентно, и судьи обязаны действовать на основании уже прошедших процессов, где этот закон применялся. Однако, именно здесь заложено основное противоречие: с точки зрения исламского права земля вакфа никогда, ни при каких условиях (даже если кладбище закрыто властями) не может быть возвращена потомкам жертвователя. А с точки зрения гражданского права Мьянмы это обычный объект собственности, который можно вернуть дарителю, если он больше не используется по целевому назначению. Судебный процесс длится до сих пор, но истцы, похоже, реализуют тактику «откусывания» кладбища по кусочкам, пригоняя туда технику для его «очистки от мусора». Кто стоит за истцами – не до конца понятно. Вряд ли им удастся, в случае выигрыша в суде, просто перенести могилы на новое место – слишком значимые фигуры там захоронены, и это должно быть решение на уровне высшего руководства страны. Но участок земли прямо за крупным торговым комплексом недалеко от центра города – действительно лакомое место для больших девелоперских проектов.