«Сей день Господень, радуйтеся, людие… Яже к Востоком дверь, рождшися, ожидает входа Св...
«Сей день Господень, радуйтеся, людие… Яже к Востоком дверь, рождшися, ожидает входа Святителя великаго…» (стихира на Господи воззвах ...) Так говорит Церковь в праздник Рождества Пресвятой Богородицы. Среди множества образов этого дня один особенно удивителен: рождается Дверь, обращённая к Востоку. Этот образ восходит к пророку Иезекиилю, который видит восточные врата святилища: «И сказал мне Господь: ворота сии будут затворены… ибо Господь, Бог Израилев, вошёл ими» (Иез 44:2). Церковь увидела в этих вратах образ Богородицы. Но здесь важно не только то, что это Дверь. Важно, куда она обращена — к Востоку. В библейском языке Восток — особое направление. На востоке насаждается Эдем (Быт 2:8), с востока восходит свет. Пророк Захария говорит о грядущем Мессии: «Вот Муж, — имя Ему ОТРАСЛЬ» (Зах 6:12), но в греческом тексте здесь стоит Ἀνατολή — «Восток», «Восход». Восток становится образом Того, от Кого приходит Свет и Жизнь. И вся история Ветхого Завета в каком-то смысле была обращена к этому Востоку. После грехопадения человек оказался оторван от Источника жизни. Жизнь в нём ещё есть, но это уже жизнь, идущая к угасанию. Ева названа «матерью всех живущих» (Быт 3:20), но её дети рождаются смертными. Человек рождает человека, поколение сменяет поколение, жизнь продолжается — и всё же каждый рождённый идёт к смерти. Земля тоже продолжает приносить плод, но вместе с ним произращает «терния и волчцы» (Быт 3:18). Мир не перестал жить, но сама жизнь в нём стала умирающей. И потому через весь Ветхий Завет проходит удивительная тема бесплодия. Сарра не может иметь детей — и рождает Исаака. Рахиль бесплодна — и рождает Иосифа. Неплодная жена Маноя рождает Самсона, Анна — Самуила. Снова и снова человеческое естество оказывается перед границей невозможного, и именно там действует Бог. Словно через всю ветхозаветную историю звучит одна мысль: спасение не может произрасти из одних сил повреждённого человеческого естества. Человек не может сам вернуть себе утраченную жизнь — она должна вновь прийти от Бога. И всё же человек продолжает ждать. Авраам и Сарра, пророки и праведники живут ожиданием исполнения обетования. Проходят поколения, рушатся царства, народ уходит в плен и возвращается, отпадает от Бога и снова обращается к Нему, но среди всего этого остаются те, кто продолжает жить обетованием, оставаясь обращёнными к Востоку. Наверное, это и есть одна из самых глубоких черт ветхозаветной веры: когда исполнение кажется уже невозможным, всё равно оставаться лицом к Востоку, потому что Бог верен Своему обетованию. И вот в конце этого долгого ожидания мы снова видим бесплодную женщину — праведную Анну. Но теперь происходит нечто большее, чем прежде. Сарра родила Исаака, Анна, мать Самуила, — пророка, а праведная Анна рождает Ту, Которую Церковь назовёт Дверью, обращённой к Востоку. В лице Иоакима и Анны словно весь Ветхий Завет приносит свой последний и самый прекрасный плод — рождается Мария. «Яже к востоком дверь». Она уже появилась и, обращённая к Востоку, как говорит стихира, «ожидает входа Святителя великаго». Через эту Дверь Господь войдёт не просто в мир — Он войдёт в само человеческое естество. «Слово стало плотию» (Ин 1:14). Сын Божий становится Сыном Человеческим, принимает от Богородицы нашу плоть, нашу человеческую природу и соединяет её с Собой. То, что было оторвано от Источника жизни, вновь соединяется с Жизнью, и это соединение уже не временное: Бог становится Человеком навсегда. И тогда становится понятнее ещё одна удивительная деталь, встречающаяся в иконографии Рождества Богородицы. На некоторых изображениях мы видим источник в виде крестообразной купели, от которого расходятся четыре потока. Это явная аллюзия на древний Эдем: «Из Едема выходила река для орошения рая; и потом разделялась на четыре реки» (Быт 2:10).