Знаешь, раньше я с темнотой воевала. Прямо как с заклятым врагом: включала свет в прихо...
Знаешь, раньше я с темнотой воевала. Прямо как с заклятым врагом: включала свет в прихожей, потом ещё бра над кроватью, потом ночник, потом… ладно, признаюсь, иногда даже телевизор на минимальной громкости — будто он своим мерцанием мог отогнать все мои страхи. Я тогда была уверена: темнота — это про неизвестность, про то, что где-то там прячется что-то страшное, готовое выпрыгнуть и сказать: «Ну что, устала? А вот теперь будет ещё тяжелее!» И ведь было тяжело. Первые дни, когда осталась одна, темнота казалась особенно огромной — как будто она не просто комнату заполняла, а прямо в душу пробиралась и шептала всякие неприятные штуки: «Ты всё делаешь не так», «Ты не справишься», «Ты сейчас совсем одна». И я злилась. Ох, как я злилась! На эту темноту, на тишину, на то, что никто не скажет: «Всё будет хорошо». Хотелось щёлкнуть выключателем и крикнуть: «А ну-ка, выходи, поговорим!» А потом в какой-то момент я вдруг поняла: темнота не нападает. Она просто… есть. И тишина — она не пустая. В ней столько всего умещается: и усталость, и слёзы, и мысли, которые днём никак не хотят собираться в кучу, и редкие моменты, когда внутри вдруг становится тихо-тихо, и ты слышишь себя. Теперь я её не боюсь. Наоборот, жду вечера. Потому что темнота стала моим законным правом на паузу. Это как будто я говорю миру: «Сегодня я больше не вывожу. Дайте мне просто посидеть в тишине и темноте, чтобы никто ничего от меня не хотел». И знаешь, в этой темноте я наконец-то могу выдохнуть. Это не про одиночество — это про ресурс. Про то, что иногда нужно просто перестать быть на виду, перестать быть «включённой» для всех. Иногда я даже специально выключаю всё. И сижу. Слушаю, как тикают часы, как за окном проезжает редкая машина, как ветер шуршит листьями. И думаю: «Ну вот, я снова здесь. И я справляюсь». А темнота будто кивает: «Да, ты справляешься. И я тут, если вдруг захочется просто посидеть и не думать ни о чём». Так что теперь темнота для меня — не враг. Это мой тихий угол, моё укрытие, мой способ сказать: «Сегодня я сделала всё, что могла. Теперь я имею право просто быть». И если кто-то спросит, почему я люблю сидеть в темноте, я отвечу с улыбкой: «Потому что в темноте я наконец-то вижу самое главное — себя». 😊