ЛИХАЯ ТВАРЬ
ЛИХАЯ ТВАРЬ Н. Гумилеву Луна, как голова, с которой кровавый скальп содрал закат, вохрой окрасила просторы и замутила окна хат. Потом, расталкивая тучи, стирая кровь об их бока, взошла — и жёлтый и тягучий погнала луч издалека. И в хате мшистой, кривобокой закопошилось, поползло и — скоро пристальное око во двор вперилось: сквозь стекло. И в тишине сторожкой можно расслышать было, как рука нащупывала осторожно задвижку возле косяка. Без скрипа, шелеста и стука горбунья вылезла — и — вдруг в худую, жилистую суку оборотилась и — на луг. Цепляясь острыми когтями, перескочила через тын и — вот прыжки несут уж сами туда, где лег кротом овин. А за овином, в землю вросшим, — коровье стойло: жвачка, сап. Подкрадывается к гороже, зажавши хвост меж задних лап. Один, другой, совсем нетвердый, прозрачно-легкий, легкий шаг и — острая собачья морда нырнула внутрь, вполупотьмах. В углу шарахнулась скотина... Не помышляя о грехе, во сне подпасок долгоспинный расплюхнулся на кожухе, и от кого-то заскорузлой отмахивается рукой... А утром розовое сусло (не молоко!) пошлет удой. А если б и очнулся пастырь, не сцапал ведьмы б все равно: прикинется метлой вихрастой, валяется бревном-бревно. И только первого помета опасен ведьмам всем щенок! Зачует — ох! — и в огороды гребет ногами: наутек. И после, в хате, колкой дрожью исходит, корчась на печи, как будто смерть по придорожью несли в щенке луны лучи. Владимир Нарбут, 1912 г. #Нарбут