МЕДВЕЖИЙ ПРАЗДНИК У АЙНОВ В обыкновенное...
МЕДВЕЖИЙ ПРАЗДНИК У АЙНОВ В обыкновенное не праздничное время у айно не существует ни общественных игрищ, ни увеселений; все это относится к дням праздничным, сопряженным с какими-нибудь религиозными обрядами. Наиважнейшим из таких религиозных торжеств следует считать праздник медведя, который отмечают обыкновенно в полнолуние декабрьского месяца. Праздник этот имеет тем более интереса, что на него стекаются айно не только окрестных селений, но приезжают иногда на собаках за сто и более верст. Съезжаются гости дня за два до праздника. Многолюдное общество мужчин располагается около очагов отдельным кружком, а девушки и женщины сидят отдельно. Угощают в продолжении целого дня, подают рис, сарану, вяленую и копченую рыбу и, как лакомство, клюкву с нерпичьим жиром. Пьют очень часто рисовую водку амама-саки, аинская рисовая водка, кисловатая. «Приготовление неприятно: рис отваривают, прибавляют туда солоду и затем переливают в деревянную кадку, укутывают последнюю собачьими или нерпичьими шкурами, давая таким образом рисовому отвару закваситься и перебродить. Через три или четыре дня хозяйка берет простую кадку, накладывает на нее решето и, наполнив последнее перебродившей кашей, выжимает и растирает ее руками. Решето пропускает густую белую жидкость или амама-саки (рисовую водку). Во всей этой процедуре хуже всего то, что хозяйка перед тем, чтобы гнать водку, и не подумает вымыть руки, или лучше сказать, она тут-то их и моет, ибо, начиная дело грязными руками, она кончает его чистыми; грязь уходит в водку. В девятом часу начинаются песни и танцы; хор очень немудренный, это не песнь даже, а какой-то дикий припев и повторение одних и тех же гортанных звуков. Бал кончается самым своеобразным образом около 11 часов вечера: танцуют добрых полчаса без отдыха и затем с громким криком «Им!» все разом выбегают из юрты. С вечера, накануне самого торжества, юрту стараются убрать как можно наряднее: по стенам развешивают нарядные парчовые халаты и сабли, которые особенно ценятся туземцами. Угощения и пляски продолжаются до рассвета, а на рассвете множество мужчин и женщин окружают клетушку медведя, ложатся ничком и начинают выть и оплакивать его предстоящую кончину. Одновременно с тем распорядители праздника занимаются приготовлением к принесению в жертву медведя. В нескольких саженях за юртой хозяина насаживают полукругом ряд елок, в полукруге устанавливают в одну линию несколько прочных инау (заструганных с одной стороны шестов) и на них натягивают циновки, на которых развешивают парадные халаты и сабли. Несколько отступив ближе к юрте, вбивают в землю двух-саженный прочный инау, к которому и привязывают медведя. Всего труднее связать медведя и притащить его к месту жертвоприношения; с этой целью заготавливают длинные ремни из сивучьей кожи, на концах каждого ремня устроена широкая петля, которую на палках просовывают в клетушку, в то же время с противоположной стороны раздражают медведя шестами; все искусство состоит в выборе момента для того, чтобы накинуть петлю, охватив ею поперек живота, следовательно, голова и передние лапы должны проскочить в петлю. Несколько айно взбираются одновременно на крышу клетушки и сбрасывают верхние бревна, как только спутают медведя. Вопли при этом страшные, крики, шум и гвалт невыразимые. Медведь отбивается лапами, сломает несколько палок, пока не попадет таки в петлю. Как только часть верхних бревен скинута, медведь устремляется в отверстие, а айно, раскидывающие крышу, ухватившись за концы ремней, бросаются в сторону, удерживая таким образом медведя на месте, а человек десять смельчаков вскакивают на мишку верхом, держат за уши и убирают различными соломенными украшениями; затем, разукрасив, тащат к месту приношения в жертву. Таким образом, весьма торжественно, его дотаскивают до столба и прикрепляют ремнями. Туда же перетаскивают разнообразное угощение и вино. Наконец, когда медведя окончательно спутают,