Памятник на месте боя 4-го партизанского отряда с японцами. Уртайская долина.
Памятник на месте боя 4-го партизанского отряда с японцами. Уртайская долина. Забытые уроки Найбы (продолжение) На месте первого боя Виктору Горобцу удалось установить, что бою отряда Даирского в Уртайской долине предшествовал другой бой в месте впадения в Найбу ее правого притока Ласточки. До нее от памятника дружинникам чуть больше километра. Чтобы получить полное представление о том, что тут было сто лет назад, сходить туда надо обязательно. В 100 м от памятника снизу поднимается великолепная тропа. Прохожу по ней километра полтора, она поднимается над обрывами левого берега. Пришлось тропу покинуть, с речного обрыва спустился по веревке, кем-то здесь предусмотрительно привязанной. Ласточка впадает в Найбу под острым углом, водораздел между этими двумя реками обрывается к Найбе высоким обнажением. Там наверху дружинники столкнулись с передовым отрядом японцев. Виктор Горобец считает, что теснимые японцами российские дружинники прыгали с этого обрыва на камни, и там внизу их добивали японцы. На это указывают многочисленные находки сделанные на месте боя краеведами из клуба "Следопыт". Сам факт столкновения русских и японцев в этом глухом месте, куда ни тогда, ни сейчас не было ни троп, ни дорог на первый взгляд представляется парадоксальным до невозможности. Да и какой вред могла нанести мощной японской армии горстка бойцов, наполовину состоящая из каторжан? Тем не менее, здесь в среднем течении Найбы состоялся бой, который, может быть, и не имел большого стратегического значения, но лишний раз доказал, что даже каторжники готовы постоять за свою Родину. Бытует мнение, что, если бы отряду Даирского удалось продержаться до окончания войны, для российской стороны это стало бы дополнительным аргументом при подписании мирного договора. Как мне кажется, это утверждение не выдерживает критики. Даже, если бы дружинникам удалось продержаться до заключения Портсмутского мира, российская сторона узнать это не смогла, ведь никаких средств связи тогда не существовало. Другой парадокс состоит в том, японцы, стремясь быть воспринятыми как нация "первого порядка", на основном театре военных действий не только строго подчинялись международным законам, но даже создавали новые стандарты обращения с военнопленными. В октябре 1904 г. японское военное министерство выпустило постановление по вопросу обращения с вражескими военнослужащими, не принимавшими непосредственного участия в боевых действиях, - с санитарами, медиками и солдатами, выведенными из строя в бою. Министерство предписывало их репатриировать. Этот документ должен был провести границу между государством-противником и его народом. Поэтому к русским пленным в самой Японии относились скорее как к "почетным гостям". Во время войны японцы открыли 28 лагерей, в которых содержалась 71947 русских военнопленных. Но все "чудеса гуманизма", которые японские солдаты и офицеры проявляли к плененным на полях Маньчжурии и в Порт-Артуре русским солдатам, здесь в далекой российской провинции были забыты. Вблизи села Отрадное японцы перекололи и изрубили пленных дружинников штыками, словно скот. Но прежде они 12 верст вели их вдоль Найбы от Уртайской долины до устья Сейма. Возможно, ждали чьих-то руководящих указаний. Проведя подобную чудовищную с точки зрения международного права казнь, принимавшие это решение японские военачальники не только нарушили все существующие нормы человеческой морали, но и покрыли себя позором. Видимо надеялись, что никто об этом не узнает. Не получилось. В самой Японии об этом негероическом эпизоде русско-японской войны до недавнего времени действительно мало кто знал, и знакомство с российскими документами, проливающими свет на те далекие события, произвело настоящую сенсацию среди японских историков. Текст, фото Андрей Клитин. (Продолжение следует)