Кузнецкий металлургический комбинат в годы первых пятилеток был гигантской стройкой, к ...
Кузнецкий металлургический комбинат в годы первых пятилеток был гигантской стройкой, к участию в которой привлекались значительные научные и инженерные силы. Наряду с отечественными специалистами на площадке Кузнецкстроя находилось немало иностранцев. А начиналось все так... Уже в 1925 г. началась подготовка к постройке новых заводов черной металлургии. Тельбесский завод должен был быть первенцем Сибирской индустриализации. Основной проблемой стала нехватка квалифицированных специалистов, знакомых с достижениями мировой техники. Советское правительство стало привлекать к проектированию новых заводов иностранные инженерные фирмы. В мае 1927 года был заключен договор с американской фирмой «Фрейн», которая должна была создать проект основных цехов будущего Кузнецкого завода. Генри Фрейн, председатель компании, раньше других понял, что строить заводы в России очень перспективно. Ни один человек компании «Фрейн» в России никогда не был, кроме Генри Фрейна. В 1927 году он впервые посетил нашу страну и заключил первый договор с Советским правительством по общей консультации сталелитейной промышленности. В течение первого года компания «Фрейн» подготовила и передала в Москву материалы по проектам заводов, в том числе и Тельбесского, но данные оказались неточными, а проекты - непригодными. После тщательной проработки, в 1928 году Гипромез подписал новый договор с «Фрейн», по которому группа американских инженеров должна работать в Гипромезе и консультировать русских инженеров по проектированию и строительству. Газета «Кузбасс» от 13 апреля 1929 года писала: «Проектирование Тельбесского завода, хотя проиграло в срочности, но выиграло в тщательности разработки. Сейчас налицо проект завода, который должен служить образцом технического совершенства черной металлургии не только у нас, но и за границей». В 1930 году группа представителей Кузнецкстроя прибыла в Америку для консультаций. Проект завода был готов, но не было уверенности все ли учтено. Конкурировали два проекта договора: один составленный в Москве, другой – проект Фрейна. Договор рождался в муках, спорили из-за каждого пункта и слова. К концу марта 1930 года договор был готов. Разошлись только в сумме вознаграждения. Русские предложили 250 тыс. долларов, а Фрейн назвал 750 тысяч. Не найдя понимания, господин Фрейн не прощаясь уехал, а русские, боясь срыва сроков строительства, пытались вступить в переговоры с другими иностранными фирмами, но те ставили либо неприемлемые условия, либо отказывались от далекой Сибири. Мистер Фрейн выждал время, и предложил продолжить переговоры, вознаграждение было определено в 550 тысяч долларов. Переговоры длились 106 дней. 18 июля 1930 года русские уехали из Америки, с ними уехали 20 американских инженеров. «Что дали нам американцы? Меньше, чем можно было ожидать, но кое-что дали. Например, литой бетон, который оказался значительно лучше. Третью и четвертую домну мы уже бетонировали по американскому способу. С другой стороны, американцы часто оказывались консерваторами, чрезвычайно не любили такого новшества, как сварка»-вспоминал И.П. Бардин. Наши строители по началу игнорировали иностранных специалистов. Американцы растерялись и жаловались на то, что их никто не слушает. Бардин собрал американцев и предложил на деле доказать, что они правы. И доказали. Особенно горячо проводила американские методы русская строительная молодежь. В начале 1933 года Кузнецкий комбинат посетил Генри Фрейн и посол США в СССР Буллит. По этому случаю был дан банкет, где Фрейн произнес речь. Он выразил удовлетворение, что Россия избрала в металлургии американский путь развития.