ДО СЛЕЗ! Собака лежала и жалобно скулила, а под ней лежал он, совсем маленький, никто н...
ДО СЛЕЗ! Собака лежала и жалобно скулила, а под ней лежал он, совсем маленький, никто не остановился. Остановился только дальнобойщик Иван и помог... Осень в том году выдалась холодная и сырая. Бесконечные дожди размыли дороги, ветер срывал последние листья с деревьев, и люди старались лишний раз не выходить на улицу. Трасса за городом опустела — лишь редкие машины проносились мимо, обдавая обочины грязной водой. На обочине, прямо у кювета, лежала собака. Крупная, лохматая, когда-то, видимо, красивая, а теперь грязная и худая. Она не пыталась встать, не бежала за машинами, не лаяла. Она просто лежала и скулила. Тонко, жалобно, протяжно, глядя на проезжающие мимо автомобили. Люди в машинах замечали её, но не останавливались. Мало ли бездомных собак на трассе? Каждая не накормишь, каждую не приютишь. Кто-то отворачивался, кто-то вздыхал, кто-то крутил пальцем у виска — мол, с ума сошли, собаки на дороге валяются. А собака скулила и скулила. Иногда она замолкала, опускала голову и замирала. Ноо потом она снова начинала выть— ещё отчаянней, ещё жалобней. Она никого не просила о помощи для себя. Она звала на помощь для другого. Иван возвращался из рейса. Дальнобойщик со стажем, он привык к долгим дорогам, к одиночеству, к тому, что на трассе случается всякое. За двадцать пять лет за рулём он видел и тонущих, и замёрзших, и сбитых. Помогал, когда мог, но чаще просто проезжал мимо — не успеть всем. В тот день он очень устал. Хотелось доехать скорее домой, в тёплую квартиру, под душ, в кровать. До дома оставалось километров пятьдесят, и он уже представлял, как заедет во двор, поставит машину и рухнет спать. И вдруг он увидел собаку. Она лежала прямо у дороги, на мокрой траве, и скулила. Иван хотел проехать мимо — мало ли бездомных? Но что-то его остановило. Может, взгляд собаки — такой отчаянный, такой человеческий. Или то, как она смотрела не на дорогу, а прямо на него, будто знала: этот остановится. Иван притормозил, включил аварийку, вышел на улицу под холодный дождь. Собака не вскочила, к нему, и не залаяла на него. Она только заскулила громче и попыталась подползти к нему, но не смогла этого сделать — то ли у нее силы кончились, то ли боялась отойти от того места, где лежала. — Ты чего, глупая? — бережно спросил Иван, подходя ближе. — Заболела, что ли? Ран..на? И тут он увидел... Подпишись на нас, чтобы ничего не пропускать!