будущее в Англии. Англичанин принялся хлопотать перед городским советом о передаче Касп...
будущее в Англии. Англичанин принялся хлопотать перед городским советом о передаче Каспара под его опеку. Получив от бургомистра Биндера ответ, что опекуну следует доказать свою платёжеспособность, он уехал в Мюнхен, а затем в Инсбрук и вернулся с векселями на очень крупные суммы, выданными почему-то германскими торговыми домами. В ноябре того же года Стэнхоуп в очередной раз наведался в гости к Каспару, по-прежнему проживавшему в доме барона фон Тухера, и передал юноше золотые часы, кольцо и цепочку, а также 500 гульденов наличными. Фон Тухер разрешил Каспару оставить у себя подарки, но деньги забрал, мотивируя это тем, что юноша еще слишком молод, чтобы распоряжаться столь крупной суммой. Из-за этих денег Каспар рассорился со своим опекуном, требуя, чтобы с ним перестали обращаться как с младенцем. Фон Тухер, понимая, что Каспару вскружила голову лесть англичанина, написал Стэнхоупу отчаянное письмо, умоляя того оставить мальчика покое, но никакого результата это не возымело. 21 ноября 1831 года лорд Стэнхоуп официально потребовал передачи ему опекунства над Каспаром, обещая дать тому достойное образование и воспитание. 29 ноября городской совет Нюрнберга с согласия самого Каспара принял решение удовлетворить ходатайство лорда. После этого по настоянию Стэнхоупа Каспар был перевезён в город Ансбах, где его поселили в доме школьного учителя Иоганна Георга Мейера. Вскоре после этого Стэнхоуп заявил своему подопечному, что неотложные дела требуют его отъезда, однако Каспару не стоит переживать, ведь через несколько месяцев он пришлёт за юношей своих людей, которые переправят его в Англию, которая станет для него новой родиной. Однако ни сам лорд, ни его люди в Ансбах так и не приехали. Более того, спустя несколько месяцев Стэнхоуп вдруг начал публично сомневаться в правдивости истории Каспара, называя его лжецом и самозванцем. В это же время по Германии стал ходить слух, что Каспар Хаузер на самом деле является наследным принцем Бадена, по официальным данным, умершим, будучи младенцем в 1812 году. В марте 1832 года фон Фейербах, также проживавший в Ансбахе и к тому времени ставший неофициальным опекуном Каспара, предпринял поездку в Мюнхен, где провёл беседу с королевой Баварии Каролиной, после которой начал своё расследование на предмет родства Каспара с королевской династией. В январе 1833 года уже сам Каспар отправился на встречу со своей предполагаемой матерью. Однако поездка окончилась ничем. Ребёнок, о котором шла речь, родился с заячьей губой, рано умер и был похоронен с соблюдением всех формальностей, так что Каспар никак не мог быть выжившим принцем. После возвращения в Ансбах Каспар добился у своих опекунов разрешения на выход в город без надзора и стал вести образ жизни, всё больше напоминающий жизнь обычного молодого немца, пока не наступил трагический финал его загадочной жизни. 14 декабря 1833 года Каспар, прогуливаясь в городском парке, повстречал незнакомца, который под предлогом передачи некоего важного документа увёл его в безлюдное место, где ударил юношу в грудь длинным ножом. Несмотря на столь ужасные ранения, Каспар сумел добраться до дома, где рассказал о случившемся своему опекуну Иоганну Мейеру. Тот не поверил его рассказу и, считая, что Каспар сам нанёс себе рану, для привлечения внимания, заставил юношу отвести себя на место преступления в городской сад. Всю дорогу Мейер выговаривал раненому Каспару за ослушание и авантюризм. Удивительным является тот факт, что юноша, будучи смертельно раненным, смог осилить большую часть пути до парка, прежде чем его ноги подкосились, и он лишился чувств. После того, как Каспар потерял сознание, Мейеру пришлось отнести юношу обратно в дом, где к Каспару спустя некоторое время вернулось сознание. Он рассказал, что к нему обратился человек в чёрном пальто, с пелериной, в цилиндре, с усами и бакенбардами: "Не вы ли, Каспар Хаузер? ". Услышав ответ, незнакомец потребовал от Каспара обещания, что тот никому не расскажет о том, что ему предстоит узнать. Получив