Внук провёл у бабушки лето. Смотрит, как мама долго собирается в магазин и говорит:
Внук провёл у бабушки лето. Смотрит, как мама долго собирается в магазин и говорит: – Ну ты и кулёма! – Кто, кто? – Мать в изумлении смотрит на сына. – Кто я, Серёжа? – Горе ты моё луковое, – Серёжа ковыряет в носу. – Шибче, шибче надо собираться. Зенки протрите. – Отец, ты слышал? – кричит мать. Заходит папа, на ходу завязывая галстук. – Ну и что тут у вас? – Серёжа перешёл на бабушкин язык, – сообщает мать. – Говорит как инопланетянин. – Бабушкину феню значит освоил, – делает выводы отец. – Ну, Серёжа, что ты ещё знаешь? – Не ерепенься. Стул пришпандорь. Не бухти. Посикунчики будете? Вы что там вошкаетесь? – сообщает Серёжа изображая при этом шаркающую бабушку. – Синеньких накушались? – Каких ещё синеньких? – мать в изумлении смотрит на сына. – Синенькие – это баклажаны, – переводит с бабушкиного языка отец. – А ещё помню, она нас с братом фашистами называла, когда мы окно разбили. – А меня мелким шкодником, – сообщает Серёжа. – Когда на лисапеде восьмерку сделал. – На чём, на чём? – удивлённая мама перестаёт перед зеркалом красить губы. – На лисапеде, – поясняет папа. – Вразумела? – Хоть ты на эту бабушкину феню-офеню не переходи, – говорит мама. – Серёжа, а как у тебя сейчас настроение и всё такое? – Если лихоманки не будет, бог даст до шести доживу, – сообщает Серёжа. Папа медленно сползает по стенке и громко-громко при этом хохочет. (с) Д. Зотиков