Рождение русского фарфора
Рождение русского фарфора 5 июня в 1744 году в Петербурге основана Порцелиновая мануфактура. Это одно из старейших в Европе и первое в России производство фарфора. Великий путешественник побывал в Китае в XIII веке и привез партию тончайшей посуды, поразившей его до глубины души. Ничего подобного в Европе не было. Ваза из белого фарфора, привезенная им, по сей день хранится в сокровищнице Сан-Марко в Венеции. Европейцы смогли разгадать секрет фарфоровой массы спустя только спустя много лет. Это произошло в немецком городе Мейсен, ныне известном на весь мир как родине европейского фарфора. В 1709 году немецкий алхимик, ученик аптекаря, Иоганн Бёттгер сумел добиться нужного состава фарфоровой массы и после обжига получил первые настоящие фарфоровые предметы. После этого в г. Мейсен было основано производство фарфора, который стали называть саксонским или мейсенским. Пройдет три десятка лет, и собственный фарфоровый завод появится и в России. Секретом изготовления фарфора заинтересовался Петр Первый. Он пытался ввезти секрет с помощью иностранных ремесленников, но не вышло. Тогда российским монархом овладела идея создания собственного производства. Она была реализована только после его смерти. Императрица Елизавета Петровна тоже стремилась иметь собственное производство фарфора. Был приглашен немец Гунгер, якобы владевший секретом приготовления фарфоровой массы. Ему было приказано «для ее императорского величества учредить в Санкт-Петербурге мануфактуру для делания голландской посуды, також и чистого фарфора так, как оный в Саксонии делается». Новую мануфактуру решено было разместить в одном из кирпичных заводов под Петербургом. Никакого секрета Гунгер не знал. Рассчитывал, видимо, на авось, а еще на щедрое вознаграждение во время подготовительного этапа. Его изделия получались совсем не похожими на фарфоровые, были «черны и искривлены». Выведенный на чистую воду, он предложил царице строить уже не фарфоровую, а фаянсовую фабрику. В ответ — «апшит», то есть приказ об увольнении и паспорт для того, чтобы покинуть Россию. Он уехал и присоединился к множеству других странствующих мошенников, предлагающих тщеславным правителям несуществующий «секрет». Секрет предстояло открыть заново и по-настоящему. Этим стал заниматься русский ученый Дмитрий Виноградов. Он родился в Суздале в семье священника Богородице-Рождественского собора, учился в Славяно-греко-латинской академии, где был отмечен как один из лучших учеников. В академии Дмитрий встретился с Михаилом Ломоносовым. Несмотря на большую разницу в возрасте (Михаил был на девять лет старше), они стали друзьями. Виноградову было 16 лет, а Ломоносову соответственно 25, их в числе двенадцати лучших учащихся отправляют для продолжения учебы в университет при Академии наук в Петербурге. Там студенты были обучены риторике, латинскому, немецкому языкам, математике, истории, географии, а также танцам. Они могли изучать коллекции Кунсткамеры и пользоваться академической библиотекой. Меньше чем через год Виноградова, Ломоносова и будущего золотодобытчика Густава Ульриха Райзера послали в Германию. Вопрос об отправке студентов рассматривался на государственном уровне. Продолжать учебу предстояло в университете немецкого города Марбурга «для изучения между прочими науками и художествами особливо… химии и металлургии». В Россию Виноградов вернулся в 1744 году, имея свидетельство о присвоении ему звания «бергмейстера», то есть горного мастера. Собственные опыты Дмитрий Виноградов проводил еще при Гунгере. Теперь он продолжил изучать всё, связанное с фарфором, с созданием нового производства. Он экспериментировал с составом материалов, применял глину из Гжели и олонецкий кварц с алебастром, менял режим обжига. Нужно было не только найти рецепт, но и разработать глазурь для росписи изделий из фарфора. Весь ход своей работы ученый тщательно записывал, причем делал это чуть ли не шифром. Ему было приказано хранить ото всех результаты своих опытов. Даже помощников нельзя было посвятить в эту