В тот день обычный рабочий день внезапно поставили на паузу. В городе звучали сирены, и...
В тот день обычный рабочий день внезапно поставили на паузу. В городе звучали сирены, и все должны были перейти в безопасное место. Со мной на работе была моя дочь. У неё должен был быть театральный кружок, поэтому она поехала со мной. Я оставила её с коллегами и другими детьми, а сама пошла туда, где была нужна помощь. Кому-то стало плохо. У кого-то началась паническая атака. Один ребёнок бился головой о спинку дивана. Кто-то плакал. Родители звонили. Учителя спрашивали, что делать. И эти три часа я была прежде всего психологом. Свою дочь я увидела за всё это время один раз. Подошла, спросила: «Ты как?» Она сказала, что нормально. И я снова ушла к другим детям. И знаете, что я поняла после? Я не плохая мама оттого, что в тот момент помогала другим детям. Но и моя профессия не должна становиться причиной забывать о собственном ребёнке. Мы, взрослые, часто думаем, что любовь измеряется количеством времени, которое мы рядом. А дети иногда запоминают совсем другое: была ли мама спокойной, можно ли было на неё опереться, чувствовала ли она меня, даже когда вокруг происходило что-то страшное. А как психолог я ещё раз увидела: в кризисе ребёнку не всегда нужны правильные слова. Ему нужен взрослый, который сам остаётся достаточно устойчивым. И, пожалуй, главный мой вывод в тот день был очень простой: помогать другим важно. Но при этом не нужно исчезать из собственной жизни. Даже если ты психолог. Даже если ты мама. Даже если вокруг тебя десять человек, которым сейчас нужна помощь. Потому что твои близкие тоже имеют право на тебя.