А вы знаете кто такой!? Моргенмуфель — это по-немецки «утренний ворчун». Тот, кто утро...
А вы знаете кто такой!? Моргенмуфель — это по-немецки «утренний ворчун». Тот, кто утром не человек, а ёжик в одеяле. Вот про такого. Что завтра вас такой не посетил и самому не быть таким. Моргенмуффель Он просыпался каждое утро одинаково: сначала одним глазом, потом вторым, и оба глаза сразу хотели обратно. Будильник он ненавидел. Не за звук, а за наглость: тот звонил так, будто у него самого были дела и он ими гордился. Моргенмуффель садился на край кровати и сидел так минут десять. Не потому что ленился. Просто человеку нужно время, чтобы стать человеком. Дома его жалели. Жена ставила чашку не рядом, а прямо в руки, потому что знала: слова до первой чашки он не понимает. Сын научился не задавать вопросов до завтрака. Кот вообще считал, что хозяин по утрам — его, кота, собственность, и спал у него на ногах, пока тот набирал скорость. А потом, к половине девятого, случалось чудо. Моргенмуффель вставал окончательно, мыл чашку, надевал куртку и выходил во двор. И там с ним здоровались все. И он всем отвечал. И даже шутил. Соседка как-то сказала жене: «Какой у вас муж улыбчивый». Жена засмеялась и ничего не ответила. Она-то знала: улыбчивый он с восьми сорока. А до восьми сорока — его лучше не трогать. Моргенмуффель — это не про лень. Это про то, что человеку утром нужно чуть больше времени, чем миру. Мир просыпается быстро, а душа — постепенно. Моргенмуффель Я утром — ёжик в одеяле, колючий, сонный, никакой. Не подходите с разговорами, я не знаком ещё с собой. Сначала чашка. Просто чашка. Без слов, без планов, без «давай». Потом второй глаз. Потом третий, который тоже хочет спать. Но к девяти я оживаю, и веселей меня не сыщешь. Я всем «привет», я всем «как делишки», я самый бодрый в этом доме. Так что не трогайте до чашки. До чашки я не человек. А после — я почти что солнце. Почти. Ну ладно. Просто я.!!!!!