Длинная очередь в «Моторостроителе» — это не собрание садоводов. Это дорога на Голгофу,...
Длинная очередь в «Моторостроителе» — это не собрание садоводов. Это дорога на Голгофу, вымощенная страхом... о ситуации вокруг проблемного садоводства от Президента СОЮЗА САДОВОДОВ АЛТАЯ А.А.Кузнецова История про то, что садоводам отключат свет и воду за не желание участвовать в голосовании, о которой я недавно писал, имеет своё продолжение. Садоводы дрогнули и пошли голосовать. Итак, с утра до вечера они тянутся в правление, чтобы проголосовать. Люди с больными спинами, с детьми на руках, с паспортами в потных ладонях. Идут голосовать. Не за кандидата, не за бюджет. Голосовать за право не остаться в темноте и без воды. Председатель Богословская С.С. обещала чётко: не пришёл — сиди без света. Не проголосовал «как надо» — перекрываем воду. Никаких «пожалуйста». Никаких «давайте обсудим». Только бюллетень, только подпись, только «да» — иначе трубы пересохнут, и счётчики встанут. И они идут. Пенсионеры, у которых давка в костях и нет сил ругаться. Владельцы теплиц, у которых рассада без воды сгорит за день. Молодые матери, приехавшие на выходные с грудными детьми. Все топают в одну дверь — сдавать свою подпись, как сдают ключи от квартиры. А Богословская сидит в правлении. Она не повышает голос. Она просто держит список и напоминает: «Я же здесь председатель, что хочу то и делаю». Никакого насилия, всё по закону. Свобода собраний, добровольное волеизъявление. Но когда свет вырубают за несогласие — это не демократия. Это рэкет с лопатой и шлангом. Кто-то крикнул сегодня: «Это беспредел!». Ей передали. Она улыбнулась и сказала помощнику: «Сделайте пометку. Этому участку — внеплановое отключение света». Люди услышали, сжались и пошли дальше. Очередь не редеет. И вот стоят они — электрики, сварщики, учительницы, врачи на пенсии. Стоят и молчат. Потому что вода — это жизнь. Потому что свет — это холодильник, насос, розетка для ингалятора. Потому что Богословская знает: когда у тебя отключают воду, ты перестаёшь быть садоводом. Ты становишься нищим на клочке земли, который без коммуникаций ничего не стоит. Говорят, вчера одна женщина упала в очереди. Сердце прихватило. Её откачали, но она всё равно доползла до стола председателя и поставила галочку. Потому что боялась: вдруг не зачтут, вдруг признают неявившейся. Сегодня у правления снова толпа. Люди приносят стулья, кто-то поставил раскладной столик с чаем. Очередь — уже ритуал, место встречи, братство по несчастью. Они шутят нервно, пересказывают слухи: что Богословская купила новый джип, что скоро спишут долги «лояльным» и перекроют воду «непокорным». Никто не знает, правда ли это. Но каждый ставит подпись. Каждый думает: «Я только сейчас. Потом разберёмся». А «потом» — это когда у тебя уже нет воды, когда ты подписал всё, что просили, и остался в пустом СНТ с рубильником, который дёргают из правления. Вот так выглядит современная дачная демократия в СНТ «Моторостроитель». Свет отключают не за долги — за мнение. Воду перекрывают не за неуплату — за строптивость. А очередь тянется, как память о том, как людей превращают в послушных избирателей: вежливо, с угрозой отрезать кислород. Богословская выйдет к ним завтра. Скажет: «Вы всё сделали правильно. Теперь у нас порядок». А садоводы разойдутся по участкам, включат насосы, зажгут лампочки и будут долго смотреть в тёмное небо — с облегчением и горечью. Потому что сегодня они проголосовали не умом, а животом. И победила Богословская. Но век таких председателей как Богословская не долог, за все унижения и оскорбления садоводов рано или поздно придётся ответить. Как и за то, сколько средств садоводов осело в карманах кучки людей, совесть которых уже давно спряталась под одинокой веткой сирени на обочине садоводства.