В день свадьбы моего сына я была последней, кому подали еду - мне достались холодные ос...
В день свадьбы моего сына я была последней, кому подали еду - мне достались холодные остатки. Он усмехнулся и сказал жене: "Она привыкла доедать за жизнью то, что остаётся". Все засмеялись. Никто не заметил, как я ушла, но на следующее утро у него дрожали руки, когда читал моё письмо... Во вторник я получила открытку. Аккуратный белый конверт, окаймленный золотом, сразу натолкнул на мысль об официальном извещении, возможно, из налоговой или банка. Но, открыв его, я обнаружила приглашение, напечатанное на плотном картоне с блестящей печатью и витиеватым текстом: "Артем и Марина приглашают вас на торжественную церемонию бракосочетания, которая состоится в июне в загородном клубе 'Березки'". Перечитав дважды, я медленно осознала, что это свадьба моего сына, о которой я узнаю из открытки. Ни звонка, ни личного визита, даже сообщения. Просто листок бумаги, словно я не мать, а дальняя родственница, приглашенная из вежливости. Я положила открытку на кухонный стол рядом с неоплаченными квитанциями и долго сидела, не плача, просто смотрела в одну точку, пока чай остыл. Артем работает в IT-компании, живет в Сочи, в центре, в квартире-студии, аренда которой превышает мой полугодовой доход. Марину я видела всего дважды. Один раз на его дне рождения, когда она пришла без подарка, но с видом, будто случайно зашла в подъезд не того уровня. Второй раз на Рождество, когда она молча осматривала мою однокомнатную, стараясь не прикасаться к стенам. Я подала ужин в обычной посуде, накрыла стол клеенкой, поставила чай в заварнике. Она даже не попробовала пирог, лишь произнесла: "У вас уютно… по-своему". Я не глупа и понимаю, что значат такие слова. Свадьба в июне на базе отдыха, где простым смертным номера не сдают, только членам клуба или по особому блату… Стало ясно, что все будет пафосно: люди в дорогих костюмах, машины на литых дисках, женщины с одинаковыми губами. Я понимала, что мне там не место, но все равно хотела быть рядом, чтобы сын знал, что я поддерживаю его. Вечером я позвонила ему. Он ответил сразу, словно был занят чем-то другим. "Привет, мам, получила? Ну, поздравляю, я рад за вас. Марина - красивая девушка". "Ага, спасибо. Слушай, может, я чем-то могу помочь? С организацией, с меню, с цветами? Я немного отложила денег". Голос сына стал жестким: "Мам, не надо, все уже оплачено. Родители Марины все делают, не переживай". "Я не о деньгах, я об участии. Танец, торт, цветы - все выбрано, все решено. Просто приди и надень что-нибудь приличное, только не… ну ты поняла. У Марины семья традиционная, без вот этого провинциального". Без меня, значит. "Я не это имел в виду, мне надо идти, Марина ужин готовит, пока". Он отключился, не дав мне договорить. Я осталась в тишине. Телевизор выключен, чтобы экономить. Холодильник гудит. Я сидела и смотрела в одну точку. Там, внизу открытки, золотыми буквами было приписано: "Дресс-код: вечернее, Black Tie Optional". У меня не было ничего вечернего. Мои платья – простые темно-синие наряды, которые я ношу уже лет пять. Самое приличное – то, что я надевала на его выпускной. И тогда я решила, что, несмотря ни на что, я приду и буду выглядеть так, чтобы ему не было стыдно за меня. Пусть он и не просил, пусть и не ждал. Я все равно его мать показать полностью