СЕКРЕТНЫЙ ГОРОД СЕРГЕЯ ШМИДТА.

СЕКРЕТНЫЙ ГОРОД СЕРГЕЯ ШМИДТА. Попалась мне намедни на глаза статья иркутского историка С. Шмидта. Старая статья. За 2014 год. Однако не поленитесь, прочтите её до конца. Очень любопытные наблюдения у историка. Уверена, Вы не пожалеете о потраченом времени! — «Ветерок» Первым местом, куда привел нас Сергей Федорович, оказался невзрачный пятачок, расположенный на набережной Ангары за рестораном «Нежный бульдог». Как выяснилось из дальнейшего рассказа, именно на таких площадках в Иркутске зарождалась особая питейная и особая политическая культура. – Это место до начала 2000-х называлось в народе «ветерок», что связано с одноименным киоском, стоявшим тут. В конце апреля 1997 года именно на этом пятачке началась эпоха под названием «кеговое пиво». Впервые увидев здесь большие железные бочонки, я поинтересовался у продавца: «Это что у вас, пиво в бочках?» – «Нет, это пиво в кегах». Слово «кега» тогда еще никому ничего не говорило… Однако совсем скоро эта площадка стала излюбленным местом молодежи, местом тусовок и встреч. «Кеговая революция» завершилась лишь в 2003 году с запретом на продажу пива. – Здесь же во время перестройки, в 1988 году, была предпринята попытка устроить иркутский Гайд-парк: представители политизированной интеллигенции приходили сюда, высказывали свои мысли и обретали аудиторию в несколько десятков, а может, и сотен человек. Иркутский академический драматический театр имени Н. П. Охлопкова – Эта история, рассказанная моей мамой, относится к 1969 году, когда я еще даже не родился, – повествует Сергей Шмидт. – Дядя моей мамы всю жизнь проработал звукооператором в драмтеатре и, естественно, часто доставал билеты на спектакли. Однажды он позвонил моим родителям и сообщил: «У нас тут близится постановка пьесы совсем молодого парня. Сходите, не пожалеете. Пьеса необычная». Родители как-то без энтузиазма собрались и пошли… Пьеса называлась «Старший сын», а молодым драматургом, как вы понимаете, оказался не кто иной, как Александр Вампилов. По словам мамы, это был самый сильный шок, который она когда-либо испытывала в жизни. Пьеса отличалась от всей советской драматургии. Как говорила мама, со сцены не просто веяло, а «перло» свежестью на протяжении двух с половиной часов… – С драмтеатром у меня связано еще одно воспоминание, – продолжает наш собеседник. – Справа от центрального входа есть неприметная дверь. В годы перестройки, когда появилось большое количество видеосалонов с боевиками и эротическими фильмами, через эту дверь мы попадали в видеосалон, где показывали эстетские фильмы: работы Бертолуччи, Антониони, Кубрика. Памятник Александру Вампилову – Памятник Вампилову – это первая, как я понимаю, попытка сделать в нашем городе человекоразмерный памятник. Однако фигуру драматурга все равно поставили на постамент, и она оказалась выше простого человеческого роста. Ко всему прочему, Вампилов здесь одет в пиджак и галстук – а галстуков он терпеть не мог и не носил, – замечает историк. – Ну и особый «шик» памятника: Вампилов стоит рядом с чем-то, что напоминает озеро Байкал. А в Байкале он, как известно, утонул. Это все равно что создавать памятник Жанне д’Арк, любовно обнимающей связку дров для своего костра. Памятник Ленину и памятник Александру III По мнению Сергея Шмидта, скульптуры вождя и царя необходимо рассматривать в одном ключе – тогда они приобретают особенный смысл. – В конце XIX века иркутяне, благодарные Александру III за указ о строительстве Транссибирской магистрали, решили воздвигнуть ему памятник. Собрали деньги, обрядили скульптуру царя в форму казака Сибирского казачьего войска (которую, как я понимаю, он никогда в жизни не носил) и задумались, как же ее поставить: лицом к своему детищу – железной дороге, – либо лицом к городу? И нашлось гениальное решение: поставить памятник глядящим на восток, куда уходят поезда.