Обычный декабрьский вечер за окном — серый, влажный, с нервной моросью. Ксения помешива...
Обычный декабрьский вечер за окном — серый, влажный, с нервной моросью. Ксения помешивала ужин и слушала, как муж Дмитрий говорит о брате. Артёму не дают кредит — просрочки, работа встаёт без машины. Дмитрий просил оформить кредит на Ксению. — Я не подведу, — Дмитрий сжал её ладонь. — Платим пополам, он отдаст. Ксения согласилась. В банке подписала договор: миллион триста пятьдесят, пять лет, по тридцать одна тысяча в месяц. Артём в тот же день выбрал дорогой кроссовер, оформил на себя и, судя по сторис, был счастлив. Первые два месяца они платили вместе. Но уже со второго раза Дмитрий развёл руками — проблемы с поставками, «перехватишь пока?». Ксения перехватывала. Потом снова и снова. Экономила на себе, на сыне Пашке, брала подработки. А Артём катал друзей, менял резину, купил огромный телевизор явно «за её счёт». Через несколько месяцев Дмитрий снял все накопления с общего счёта. «Страховка и резина для Артёма, он потом отдаст». Ксения молчала, пока однажды не поняла: так больше нельзя. Она села и записала всё — каждый платёж, каждую копейку. Потом позвонила подруге Вере. — Машина оформлена на Артёма, кредит на тебя. Он получил имущество за твой счёт, — Вера говорила жёстко и ясно. — Это неосновательное обогащение. Можно взыскать через суд. Ксения собрала документы: кредитный договор, платёжки, договор купли-продажи, страховку, переписку, где Артём писал «моя тачка». Подала иск. Дмитрий сначала потребовал забрать заявление, потом начал уговаривать. А когда суд вынес решение — взыскать с Артёма все уплаченные ею платежи и обязать его самостоятельно платить кредит как владельца — Дмитрий снова просил «начать сначала». Ксения собрала вещи. Взяла сына за руку и ушла к матери. Заблокировала номер мужа. Вечером Пашка спросил: — Мам, а у нас будет нормальная жизнь? Она обняла его и пообещала, что этим летом они обязательно поедут к настоящему морю. Не в кредит, а просто так. Потому что свою жизнь она наконец забрала обратно.