Глава 26. — 2 октября 2026 г. в 05:30:03.400
Глава 26. Андрей Пятница подходила к концу. Заливка фундамента на объекте Шестакова шла строго по графику, новая технология полностью себя оправдала, и стройка наконец-то перестала пить из меня кровь Но главным моим достижением за эту неделю был неспасенный контракт . Главным была Вера. Она порхала по офису, её глаза ожили, а утреннее смущение в моей квартире окончательно сменилось тихим, домашним уютом. Этот покой взорвался ровно в четыре часа дня. В мой кабинет без стука, бледный и запыхавшийся, вошел Константин — заместитель Красовского. Он сжимал в руках плотную пластиковую папку и испуганно переводил взгляд с меня на Веру, которая сидела за соседним столом с чертежами. — Андрей Игоревич, Вера Николаевна… У нас катастрофа, — выдохнул Костя, опускаясь на край стула. — Элеонора Андреевна только что привезла в бюро нотариально заверенное решение суда. Она официально оформила над Марком Александровичем предварительную опеку , то есть временное назначение опекуна.. . И её первый шаг как опекуна — полное изъятие всей проектной документации. Я медленно отложил ручку и откинулся на спинку кресла. Внутри закипела холодная злость. — Конкретнее, Константин. Что она сделала? — Она заблокировала счета бюро через банк, — быстро заговорил Костя, вытирая пот со лба. — Зарплаты сотрудникам заморожены. Но хуже другое: её адвокаты уже направили Виктору Даниловичу Шестакову официальное уведомление об отзыве проекта . Элеонора заявляет, что «Соболев-Групп» воспользовался беспомощным состоянием Марка, украл его концепцию и незаконно переписал технологию фундамента . Шестаков в панике. Он звонил мне минуту назад и орал, что если мы не решим вопрос с авторскими правами Красовской, он останавливает финансирование. Стройка встанет, Андрей Игоревич. В понедельник. Вера побледнела, её пальцы крепко сжали край стола. Она посмотрела на меня, и в её глазах я снова увидел тот самый застарелый, страх перед всесилием свекрови. Элеонора Андреевна решила пойти ва-банк, надеясь растоптать нас юридически. Я поднялся, обошел стол и мягко, но уверенно накрыл ладонь Веры своей рукой, возвращая ей опору. — Успокойтесь, Костя. И вы, Вера, посмотрите на меня, — мой голос прозвучал уверенно. — Никакой заморозки не будет. Элеонора Андреевна совершила классическую ошибку дилетанта — она решила поиграть в большой бизнес на эмоциях.