Глава 27.
Глава 27. Если в тесной квартире Олега в эти выходные бушевало цунами, ломавшее жизни, то за высокими коваными воротами элитного поселка царила идиллия. Пятничный праздничный обед, приготовленной поваром, Валентиной Семеновной, плавно перерос в ужин, а затем — в долгую ночь. В этих стенах такого притяжения не было уже очень давно. Юля сделала всё, чтобы этот вечер стал безупречным. Она расставила свечи в гостиной и вела себя так, словно этих трех дней разлуки не было, а была лишь долгая тоска по мужу. Внутри неё горел огонь. Подсознательно она пыталась заглушить срыв на загородной трассе, спрятаться от собственного греха и выжечь из памяти жесткие руки водителя. Она выплескивала на мужа всю ту страсть, которую до этого мартовского перекрестка тщательно прятала под маской сдержанности. Дмитрий был ошеломлен. Мужская гордость не позволяла ему искать в этом порыве двойное дно. Он принимал ласку за чистую монету, искренне веря, что командировка встряхнула их застоявшийся пятилетний брак. Ему казалось, что жена просто соскучилась, и эта мысль льстила его благодушию, заставляя забыть о всех проблемах. Юля не хотела, чтобы это волшебство заканчивалось. Ей отчаянно хотелось, чтобы эта ночь длилась вечно, отрезая её от всего остального мира, от мартовской грязи, от окраинных захудалых гостиниц и от собственных постыдных мыслей. В полумраке спальни её руки медленно с непривычной нежностью гладили его плечи. Дмитрий скользил ладонями по её бедрам, прикасался к шее, а её взгляд внимательно, до самой мелкой черточки исследовал его лицо в мягком свете ночника. Юля вдруг заново ловила себя на мысли, что находит его очень интересным, породистым и статным мужчиной, за спиной которого она всегда чувствовала себя в полной безопасности. В эту ночь её влекла сама его природа — твердая сила, властный мужской голос и та непоколебимость, с которой он привык подавлять оппонентов на важных совещаниях. Юля снова потянулась к нему, ломая остатки прежней сдержанности мужа. Ей хотелось полностью раствориться в нем, чтобы ни одна посторонняя тень больше не могла проникнуть в их спальню. А его не нужно было долго просить. Дмитрий знал. Каким-то невероятным чутьем он чувствовал, что жена в эту минуту хочет точно того же, что и он. Они растворялись в этой страсти, возвращая первые ночи их медового месяца, когда весь мир вокруг просто переставал существовать. Уже под утро, когда за окном монотонно зашумел весенний дождь, Дмитрий удовлетворенно вздохнул, крепче сжал её в объятиях и мирно заснул. Его ровное дыхание заполнило комнату, даря ощущение покоя. А Юля так и осталась лежать без сна до самого рассвета. Ей было невыносимо стыдно перед ним, перед его открытой радостью. Она смотрела на дорогие шторы, на всю эту выверенную, роскошную жизнь и отчетливо понимала: чувства между ними еще не умерли. Она дорожила мужем, дорожила этой прочной жизнью. Олег никогда не смог бы дать ей этого статуса и этой безопасности. Для неё водитель оставался лишь опасной стихией, от которой веяло разрушением.