Заслонить собой
Заслонить собой Зимой 2013 я попала в самый настоящий ад, имя которому — болезнь ребенка. Меня и мою двухгодовалую дочь увезли на «скорой» в детскую больницу с предварительным диагнозом ОРВИ. Какое, к такой-то матери, ОРВИ, если моему ребенку было плохо так, как никогда не бывает при обычных заболеваниях такого рода! Врачи, чтоб им на том свете икалось, не стали меня слушать, заявляя, что им виднее, как лечить, и неуравновешенным мамашкам не следует вмешиваться. Да, это был ад, без сомнений. Три дня моя дочь спала, практически не просыпаясь, только для того, чтоб выпить лекарство или сходить на укол. Она медленно впадала в кому. Три дня я не могла ни спать, ни есть. Я только сидела, прижимая к себе ребенка, плакала и молилась. За это время я похудела на 8 килограммов, у меня поседели оба виска; я стала похожа на не очень свежий труп. Потом случилось то, из-за чего я ворвалась в ординаторскую, отматерила всех там находящихся врачей и потребовала немедленно отвести мою дочь на рентген и наконец начать лечить ее нормально. Диагноз был неутешительным: пневмония справа в нижней доле. Самая подлая разновидность этой болезни — не прослушивается стетоскопом и практически не определяется анализом крови. Слава Богу, все обошлось — капельницы и антибиотики сделали свое дело, моя дочка пошла на поправку и через неделю уже играла в больничных коридорах с другими детьми, с аппетитом ела и неохотно шла спать. То, что случилось тогда, на третий день нашего пребывания в больнице, стало самым страшным моим воспоминанием. Не спавшая более двух суток, я впала тогда в какое-то странное оцепенение, полусон-полуявь. В этом состоянии, лежа на краю кровати и привычно обнимая дочь, я увидела, как около нас колышется темная, уходящая под потолок тень. Странно, ведь я оставляла ночник включенным, а сейчас в палате было сумрачно. Меня пробил озноб от страха, я не могла шевельнуться, глядя на темную антропоморфную фигуру. Кажется, на ней был капюшон, по которому постоянно менялись, перетекая одно в другое, лица. Многоликая дрянь протягивала свои лапы к моей дочери! Темные, похожие на щупальца отростки шевелились в полуметре от кровати когда на смену страху пришла ярость. «Не отдам!Не трогай!» — прохрипела я, с усилием переворачиваясь и закрывая собой малышку. В голове билось только одно: укрыть, спрятать, не дать демону, пришедшему из тьмы, забрать ее у меня. Моей спины коснулось что-то холодное и жгучее, прочерчивая дорожки на лопатке. Невыносимая боль скрутила тело, я вскрикнула и дернулась... Палату заливал мягкий свет ночника. Темная сущность ушла, растворилась. Я победила. Через две недели нас выписали домой. Дочка полностью поправилась, а мое состояние лишь ухудшалось. Меня мучил постоянный изматывающий кашель, не помогали никакие лекарства. Я сдала кучу анализов, прошлась по всем врачам — все без толку. Осталось только одно: я отправилась к онкологу сдавать кровь на онкомаркеры. Результат должен прийти на днях, хотя я, пожалуй, и так знаю, каким он будет... Во мне нет страха за будущее. В последнее время я все чаще разглядываю в зеркале тонкие, еле заметные полоски шрамов на лопатке, и думаю. Думаю, что в ту роковую ночь я заслонила собой моего ребенка от неведомой темной твари, спасла самого дорого для меня человека. Наверное, это стоит моей жизни.