По ту сторону заката, где туман целует мхи, Спят забытые заклятья, молкнут вещие стихи ...
По ту сторону заката, где туман целует мхи, Спят забытые заклятья, молкнут вещие стихи Над озёрной тёмной гладью дышит звёздная пыльца, И вплетает время пряди в тень безликого Жнеца Он пришёл из междумирья, где не ночь и где не день, На плечах плащом из пыли дремлет собственная тень Тихо пой, вода-водица, песню древнюю свою, Жнец стоит на той границе, где миры стоят в строю В чёрной рясе – сон и дрёма, холод вечного огня, Он стоит у водоёма, никого не торопя А в руке коса из лунной, затвердевшей тишины, Чтоб прервать полёт бесшумный тонкой нити-белизны Капюшон скрывает бездну, где не светятся глаза, Там кружит по кругу вечность и небесная гроза Озеро — колодец судеб, отраженья в нём дрожат, То ли души спят под спудом, то ли звёзды в нём лежат Он не смотрит, он лишь внемлет, как пульсирует эфир, Как последним вздохом дремлет уходящий старый мир Тихо пой, вода-водица, песню древнюю свою, Жнец стоит на той границе, где миры стоят в строю В чёрной рясе – сон и дрёма, холод вечного огня, Он стоит у водоёма, никого не торопя А в руке коса из лунной, затвердевшей тишины, Чтоб прервать полёт бесшумный тонкой нити-белизны Лес за ним сплетает корни, тянет ветви-пальцы ввысь, Шепчут духи Смерть, исполни, для чего мы собрались Он не страх и не проклятье, он – покой и вечный сдвиг, Открывающий объятья в тот неуловимый миг Он есть вдох, что станет выдох, он — зерно, что станет прах, И висит вселенной выбор на невидимых весах Тихо пой, вода-водица он услышит песню ту Время камнем обратится, канет в вечную пустоту Плащ вберёт седые росы, тени лягут на песок Только холод от косы да молчания исток