Как африканцы переспорили миссионеров их же Библией.
Как африканцы переспорили миссионеров их же Библией. 🔘Этой теме посвящено исследование южноафриканского религиоведа Тембы Шинганге в научном журнале Religions (2025). В колониальную эпоху, пишет он, «и миссионеры, и колониальные администрации занимались тем, что надзирали за африканскими практиками секса, близости и отношений» — и перекраивали их как часть «цивилизаторской миссии». 🔘Главной мишенью было многожёнство. В Африке оно было повсюду, а у миссионеров установка была жёсткая: один мужчина — одна жена, пожизненно, всё остальное — грех и дикость. По словам Шинганге, «ранние миссионеры в Африке, как правило, требовали или настойчиво поощряли единобрачие и верность» — и именно так за христианством закрепилась прочная связь с моногамией - в глазах местных народов. 🔘Во многих церквях многожёнца попросту не крестили, пока он не разведётся со всеми жёнами, кроме одной. Религиовед Изабель Апаво Пхири приводит факт: католическая и Голландская реформатская миссии в Малави прямо требовали таких разводов — и «множество брошенных жён оставались с тяжелейшими экономическими последствиями». Точнее бывшие жёны оставались на улице и без защиты мужчины. 🔘Миссионеры старались искоренить многожёнство любой ценой. 🔘Однако вот тут и вышла осечка. Африканцев учили читать Библию — и чем лучше они её осваивали, тем неудобнее становилось миссионерам. Потому что в Писании обнаружилось кое-что интересное. 🔘Во-первых, прямого запрета многожёнства в Библии нет. Как констатируют сами богословы (семинария Reformed Theological Seminary), «в Библии нет ни одного ясного установления, осуждающего или запрещающего многожёнство в том виде, в каком оно практиковалось в Ветхом Завете». 🔘Во-вторых — и это главный козырь — сами великие праотцы веры были многожёнцами. Авраам, Иаков, Давид, а у царя Соломона, если верить Писанию, было семьсот жён и триста наложниц (3 Царств 11:3). 🔘Этот аргумент африканцы и пустили в ход. Как пишет The Conversation, «по ироничному повороту, чем лучше африканцы осваивали Библию, тем активнее они начинали возражать миссионерам: они обнаруживали, что святая книга нигде прямо не предписывает единобрачие и содержит несколько примеров прославленных благочестивых многожёнцев». Логика у новообращённых была железная: если Авраам, любимец Божий, имел жён и наложниц — и Бог его за это не покарал, — то почему грешно мне? 🔘И многие сделали выбор не в пользу миссионеров. По данным того же анализа The Conversation, немало африканцев «предпочли сохранить многожёнство — даже ценой того, что останутся неграмотными», лишь бы не идти в школу, где за это требовали развода. 🔘Миссионеры возражали по-богословски: праотцы жили до Христа, а Новый Завет поднял планку — «муж одной жены» (из посланий апостола Павла). Но спор не закрыт и сегодня: как показывает исследование Шинганге, в современных африканских церквях идут дискуссии, что настойчивое единобрачие было не столько Божьей волей, сколько навязыванием европейской модели семьи.