Слушаю интервью Ксении Алферовой Лауре Джугелии, и честно, офигеваю.
Слушаю интервью Ксении Алферовой Лауре Джугелии, и честно, офигеваю. Почему не назвать вещи своими именами? Муж судак, ушел к молодой бабе, мне больно до сих пор. Ну не о политике же речь и не о тех, кого нельзя называть. У Ксении в голове какая-то мешанина с налетом религиозности, обида прикрытая высокими нравственными смыслами. Слушать тяжко, потому что много противоречий из разряда: «я не осуждаю, но я осуждаю»; порицаю третьих лиц, а напрямую сказать, что я думаю не могу, я же «белая, пушистая и всепрощающая». Ни одного прямого ответа на вопросы, которые НЕИЗБЕЖНО тебе будут задавать в такого плана интервью. И при этом долгие рассуждения на тему, что люди разучились говорить прямо🤦🏼♀️ Ну трындец, товарищи… хочется спросить: а зачем ты пришла в студию? Сбивчиво рассуждать о том, что итак ежу понятно уже тыщу лет?