Великолепный век Серия 40. Глаза в темноте
Великолепный век Серия 40. Глаза в темноте Великолепный век Серия 40. Глаза в темноте «Самая тёмная тень всегда падает оттуда, где светит самое яркое солнце. И самый опасный враг — тот, кто улыбается тебе, когда ты смотришь в его глаза, и точит кинжал, когда ты отворачиваешься». Анонимное предупреждение всё ещё лежало на столе, когда лучи утреннего солнца начали золотить резные арки окон её покоев. Хюррем стояла у изголовья своей кровати и смотрела на сложенный лист бумаги, словно надеясь, что он исчезнет, растворится в утреннем свете, окажется плодом воображения, ночным кошмаром, от которого она должна была проснуться. Но бумага не исчезала. Сургучная печать — без имени, без герба — лежала рядом маленькой кровавой каплей на мраморной поверхности стола. Она провела пальцем по неровному краю письма, ощущая подушечкой шероховатость ручной выделки. Бумага была грубой, не той, что использовалась в канцелярии Топкапы — значит, письмо было написано наспех, возможно, в городе, возможно, даже в таверне или на постоялом дворе. Это говорило о том, что отправитель не принадлежал к высшим кругам или, по крайней мере, не хотел оставлять следов, ведущих к его настоящему месту обитания. Хюррем поднесла письмо к свету, рассматривая чернила — они были тёмными, почти чёрными, в отличие от привычной золотисто-коричневой туши, которой пользовались дворцовые писцы. Другой человек. Другая рука. «Они уже здесь. Тот, кого ты считала другом, — твой враг. Берегись». Семь слов. Всего семь слов, и они перевернули её внутреннее спокойствие, как ветер переворачивает листья на осенней дороге. Хюррем закрыла глаза и попыталась вспомнить все лица, которые встречала в последние дни. Визири, паши, слуги, музыканты, послы, торговцы, янычары — десятки, сотни людей проходили перед ней, кланялись, улыбались, лгали. Кто из них мог быть тем самым, кто скрывался за этими словами? И кто был тем, кто отправил это предупреждение — друг или враг, пытающийся посеять сомнение? Нигяр вошла бесшумно, как всегда, с подносом, на котором дымился травяной чай,…