Бабушка каждое утро оставляла пирожки на калитке. Внучка решила выследить того, кто их ...
Бабушка каждое утро оставляла пирожки на калитке. Внучка решила выследить того, кто их забирает Евдокия проснулась в пятом часу, как всегда. За окном ещё темно, только фонарь у магазина мигает через забор. Она встала, перекрестилась на иконы в углу, шёпотом прочла «Отче наш» и пошла на кухню. Тесто она поставила ещё вчера вечером, теперь оно поднялось, пышное, пахнет дрожжами и теплом. Евдокия достала картошку, лук, немного фарша — осталось с воскресенья, когда внучка Аня приезжала. Начинку она делала быстро, привычно: лук мелко, картошку кубиками, фарш обжарить, посолить, поперчить. Пирожки лепила молча, ловко, одинаковые, круглые, защипывала края так, как её научила ещё свекровь. Через час на столе лежала горка румяных, горячих пирожков. Евдокия завернула шесть штук в чистое полотенце, сложила в пакет и вышла на крыльцо. Было ещё темно. Калитка скрипнула. Евдокия повесила пакет на крючок, который сама прибила гвоздём месяц назад, постояла, вздохнув, и вернулась в дом. Села у окна с чаем. Ждала. Минут через двадцать в конце улицы мелькнула тень. Мужчина. Высокий, сутулый, в старой куртке. Подошёл к калитке, оглянулся, быстро снял пакет и пошёл дальше, прижимая его к груди. Евдокия перекрестилась. «Господи, помоги ему», — шепнула она и отошла от окна. Это продолжалось уже два месяца. Каждое утро пирожки, каждое утро тот же человек. Евдокия никому не говорила. Но Аня заметила. Аня приехала в пятницу вечером. Она работала в городе, в турагентстве, приезжала к бабушке раз в неделю, привозила продукты, помогала по дому. В субботу утром Аня проснулась рано, услышала, как бабушка возится на кухне. Спустилась, увидела пирожки. «Баб, ты чего столько напекла? Мы же вдвоём», — сказала она. Евдокия улыбнулась: «Так я угощу соседей». Аня пожала плечами, но когда бабушка вышла на крыльцо с пакетом, заглянула в окно. Увидела, как Евдокия вешает пакет на калитку и уходит. Аня нахмурилась. Через полчаса она выглянула снова — пакета не было. «Бабушка, кто забирает пирожки с калитки?» — спросила Аня за обедом. Евдокия не подняла глаз: «Человек один». — «Какой человек? Ты его знаешь?» — «Знаю». — «А почему он не приходит в дом? Почему на калитке? Баб, тебя что, разводят?» Евдокия вздохнула. «Аня, не лезь. Я знаю, что делаю»...