Страшные истории на ночь | Мистика, ужасы, хоррор рассказы👻
Без категории · 11 сентября 2026 г.
Матвей вдруг заговорил голосом земной передачи: «Орфей», подтвердите экипаж. Сколько че...
Матвей вдруг заговорил голосом земной передачи: «Орфей», подтвердите экипаж. Сколько человек покинуло планету? Нина сосчитала губами: три. Голос помолчал, будто сверяясь с бумагой, которой не существовало. Потом ответил с радостью приговора: «Неверно. Четыре. Четвёртый не зарегистрирован, потому что проник в вас раньше взлёта. Имя отсутствует. Причина присутствия — контакт нулевой. Просьба не описывать его. Просьба не вспоминать. Просьба не становиться больше». Аппарат погас. Не исчез — погас, как гаснет сознание без боли. В последней доле чего-то, что ещё можно было назвать временем, Нина услышала за бортом шаги. Не приближающиеся. Уже стоящие. Множество. Босые по снегу, которого не было; каблуки по палубе, которой не было; детские коленки по линолеуму старой кухни. Все шаги слагались в одно движение: вперёд. Когда спасательный модуль нашли у чёрной береговой линии, «Орфей» остался цел и невредим, с закрытым люком и тремя чашками тёплого чая. Земля запросила записи. На лентах был только белый шум, но при прослушивании каждый, кто приближал голову к динамику, замечал на своей руке чужую пульсацию. Под кожей бился не один ритм. Был второй, тихий, наполовину, извиняясь, в лад с первым. Через сутки второй ритм становился первым. Через двое у человека пропадала из памяти сторона, с которой падает мрак: тело забывало, где кончается собственный контур. На корме судна, вне иллюминаторов, вечером по земному времени остаётся свежий след. Один след. Четвёртый. Он начинается внутри герметичного отсека и уходит туда, где звёзды кончились недавно, совсем недавно, может быть, вчера, может быть, через миг после твоего вздоха. Если поднести ухо к холодному металлу, слышно, как далеко-далеко кто-то согласен на контакт. Не отвечай. Не отвечай. Не отвечай. Твой голос ему знаком. Он пьёт из твоей чашки. Он держит твоё лицо ладонями и возвращает тебе его каждое утро, чтобы ты шёл работать, любить, стареть, рожать, умирать — и всегда чуть позже, чем нужно.