(Пятигорск:«Народные ванны» и гора Машук. Продолжение)
(Пятигорск:«Народные ванны» и гора Машук. Продолжение) А так эти стеклянные перегородки создавали видимость безопасности. Когда подъём закончился и двери открылись, Александр, словно подхваченный речным потоком, двинулся к выходу. Все, кто выходил, расходились в разные стороны. Александр осмотрелся, увидел дорожки слева и справа и на минуту задумался, куда ему пойти. Примерно час он гулял по вершине горы. Город был как на ладони. Александр сделал большой круг по узкой дорожке, и перед ним, словно в панораме, открылся вид на город, бескрайние степи и далёкие горы. Увидев рекламу кафе, он решил перекусить. Для этого ему пришлось сойти с маршрута и немного спуститься с горы по широкой дороге. Через десять минут впереди показалась большая веранда кафе. Александр выбрал место на краю веранды, откуда открывался великолепный вид на далёкие горы. Веранда располагалась на краю горы, что создавало особую атмосферу. Он заказал местное кавказское блюдо, приготовленное в глиняном горшочке, которое давно хотел попробовать. В сочетании с пейзажами Кавказских гор это блюдо показалось ему чем-то особенным, с особым привкусом Кавказа. К сожалению, время пролетело очень быстро. Примерно через полчаса Александр снова отправился в путь по той же дороге, вернулся на узкую тропинку и продолжил свой круговой маршрут. Через некоторое время он вернулся к месту, где сошёл с подъёмника. Здесь было много людей: одни поднимались, другие спускались, и очередь казалась бесконечной. Александр не сразу осмелился выйти на смотровую площадку, которая находилась на самом краю горы. За ограждением был резкий обрыв, а далеко внизу раскинулся Пятигорск и его окрестности. С опаской он медленно подошёл к перилам и, держась за них обеими руками, с замиранием сердца стал смотреть вниз на город. В последнее время Александр стал замечать, что испытывает панический страх перед высотой, даже несмотря на надёжное ограждение. Сейчас его сердце билось очень сильно. Постояв так с минуту, он быстро отошёл от края, не оглядываясь. Ноги подкашивались, Александр подумал: «Рождённый ползать летать не может». Это развлечение не для меня. Когда-то в молодости он работал на большой высоте и не испытывал такого страха, как сейчас. С возрастом со ним происходит что-то непонятное. Для него стало откровением, что его восприятие высоты может сильно меняться в зависимости от ситуации. На подъёмнике в закрытой кабинке и на веранде, где была крыша, деревянная резная перегородка с вьющимися растениями, и он сидел за столом, увлечённый обедом, такого ощущения страха не было. Но на этой площадке не было крыши, и над головой простиралось голубое бездонное небо. Когда он стоял возле железных перил, они были ему по пояс. Только здесь он испытывал настоящий панический страх перед высотой. День близился к концу, и Александру нужно было возвращаться в город. Он направился к подъёмнику. На этот раз большой очереди не было. Подъёмник медленно спускался, слегка покачиваясь. Ощущения от спуска были совсем не такими, как от подъёма. Возможно, это усталость притупила чувства. День выдался насыщенным, и Александр очень устал. Сразу после спуска с горы Машук он отправился в хостел. Сначала он доехал на автобусе, а затем пошёл пешком, по пути зайдя в столовую. В течение десяти дней Александр не покидал Пятигорск. Он в основном прогуливался в окрестностях недалеко от хостела, в пределах двадцати минут ходьбы от него. Далеко ездил только в день посещения «народных ванн», но обратно всегда возвращался пешком.