«Отголоски вечности» — 2 октября 2026 г. в 15:00:09.831
«Отголоски вечности» Аарон Дембски-Боуден Часть VIII Экипаж «Гончей» под названием «Хиндара» гордился проделанными им усилиями. Подняться во Внутренний дворец было нелегко: корабли-саркофаги просто не могли сесть в саване пыли, а рухнувшие секции Последней стены создали многокилометровый склон из обломков, скат тектонических масштабов, почти неприступный для большинства титанов из-за серьёзных ограничений их стабилизаторов. Когда первые несколько богомашин пробились во внутренние районы комплекса, они ступили на пустоши из разбомблённого мрамора, где эти отдельные колоссы оказались самыми высокими объектами. Целые районы бастионов, замков, шпилей и колоннад лежали в руинах, стёртые в порошок с орбиты или кишащие ордами пехоты и бронетехники магистра войны, которые уже наводнили Внутренний дворец. Титаны марсианского Механикума не могли похвастаться такой быстротой. Впрочем, лишь немногие колоссы лоялистов давали отпор их осторожному продвижению. Большинство вражеских исполинов теперь расхаживали вокруг уцелевших бастионов или сбежали в безопасный Санктум Империалис. «Хиндара» и её экипаж шли в первой волне машин, сумевших взобраться по лавине из обломков Последней стены. Они поднялись через один из десятков схожих проломов по огромному склону из битого камня, что высился между ними и возмездием, коего они так жаждали. На то, чтобы преодолеть скат, потребовалось несколько дней. Пока «Гончая» старательно делала шаг за шагом, датчики её стабилизаторов, компенсаторов и гиробалансиров уходили в багровую зону, а спинной реактор «Хиндары» начинал источать термоядерное дыхание. Тогда они останавливались, чтобы раскалившийся металл остыл и техножрецы успокоили машинный дух, а затем, когда показатели приходили в норму, двигались дальше. Другие титаны отступили к своим кораблямсаркофагам, решив перебраться на плато по воздуху. Лишь немногим это удалось: пыль забила воздухозаборники двигателей и вывела из строя большинство посадочных модулей, пытавшихся перелететь туда. Некоторые колоссы направили орудия на уцелевшие участки стены. Они плавили скалобетон, проделывая в нём туннели, распыляли камень на атомы и пробивали конверсионными излучателями бреши в величайших защитных сооружениях Рогала Дорна. Время, время, время… Всё это отнимало время, а защитники меж тем отступали к укреплениям Палатинского кольца. Многие титаны пробовали взобраться на стену. Им требовалось просчитывать и оценивать буквально каждый шаг, а также опустить пустотные щиты, чтобы направить энергию в другие системы. Наземные части — немногие пехотные подразделения скитариев, которые ещё в достаточной мере сдерживали себя, чтобы не броситься вперёд в погоне за убийствами, — делали всё возможное, расчищая ровные места для огромных когтистых ступней. На пути к вершине «Хиндара» упала дважды. В первый раз она просто поскользнулась в самом начале, просчитавшись в компенсации стабилизаторов, и стала заваливаться вперёд. Какую бы опасность это ни несло, такое падение представляло для «Гончей» наименьшую угрозу. Отеш Ралин, спокойно и чётко действуя за пультом, с такой силой вбила съезжавшую ногу в склон под косым углом, что ступня вошла в осыпающуюся груду и удержала их на месте в течение тех драгоценных секунд, за которые модерат вернула «Хиндаре» устойчивость. Члены экипажа воздали Отеш должное аплодисментами и одобрительными возгласами. Даже другие титаны, находившиеся достаточно близко, чтобы видеть в пыли силуэт «Гончей», воксировали похвалы или, в отдельных случаях, насмешки. Несмотря на сбоящую сеть связи, некоторые сообщения даже удалось разобрать, хотя и с трудом. Второе падение оказалось хуже. Через несколько дней медленного продвижения, уже на подходе к вершине, осыпь из валунов начала разваливаться под «Хиндарой», как уже случилось с очень многими колоссами. Пока реактор ревел от досады машинного духа — а ещё от его страха, — «Гончая» мучительно медленно теряла равновесие со скрежетом камня и воем железа под нагрузкой. С отталкивающим