Кто следит за нашими группами, тот уже в курсе, но для остальных расскажу про последнюю...
Кто следит за нашими группами, тот уже в курсе, но для остальных расскажу про последнюю поездку. Она, как всегда, оказалась не из простых. Увлекательная — это мягко сказано. Скорее, похожая на американские горки, где за каждым поворотом ждёт сюрприз. Началось всё с дороги. Этот путь уже стал для нас почти родным, но каждый раз подкидывает новые испытания. То платили участок, то нет девушки лояльно относились к ошибке, то снова платный — вроде мелочь, а нервы мотает. Казалось, сама дорога решила попить у нас кровушки, и не только у меня, но и у Ивана с Денисом, которые вели машины. Каждый шлагбаум, каждый пост — как маленькая битва, отнимающая время и силы. Но самое главное в таких поездках — это люди. По маршруту нас встречали другие волонтёры, такие же, как мы. Короткая остановка, быстрый обмен ГУМКОЙ , горячий чай из термоса — и снова в путь. Эти встречи заряжают, дают понять, что ты не один в этом большом деле. В этот раз мы ехали не ОДНИ. За нами шли ещё две машины из той самой роты, которой мы везли гуманитарку. Ребята вырвались, чтобы помочь нам с загрузкой и сопровождением. Это была огромная поддержка. Особенно хочу отметить Беркута — позывной у парня такой, говорящий. Он был просто огонь! Как он координировал водителей, как помогал разруливать сложные моменты на дороге. Без него мы бы потеряли кучу времени и нервов. Наконец, добрались до точки. Пейзаж вокруг суровый, пронизанный ветром. Нас уже ждали наши солдаты — уставшие, но с живыми, ясными глазами. Объятия, крепкие рукопожатия. Мы разгружали коробки, а они, перехватывая их, уже заглядывали внутрь, радуясь простым вещам, как дети. 😁 Разговорились. Ребята снова в переезде, а это, пожалуй, самое сложное. Снова обживать новое, необустроенное место, когда вокруг ни стен, ни крыши. Пока не отстроятся, будут жить в зимних палатках. Мы стояли посреди голого поля, где ветер гулял без преград, и я пытался представить, каково это — засыпать и просыпаться здесь, в брезентовом домике. Но знаете, что поразило больше всего? Они не унывали. Стояли, курили, смеялись. «Ничего, прорвёмся, — говорил один из них, молодой парень с сединой на висках. — Главное, что все живы. А стены — дело наживное». Они рассказывали нам о своём быте, о недавних событиях. Рассказывали просто, без пафоса, как о работе. Но от некоторых историй по телу бежали мурашки. О том, как чудом уходили из-под обстрела,, как вытаскивали раненого товарища под огнём. В их словах не было жалоб, только сухая констатация фактов. И от этой простоты становилось ещё страшнее и одновременно росло безграничное уважение. Мы узнали много нового о том, чем ещё можем помочь. Записали в блокнот целый список: от специальных инструментов до тёплых носков и писем из дома. Каждая строчка в этом списке — это не просто вещь, это чья-то спасённая жизнь, чьё-то тепло, чья-то надежда. Уезжали мы уже в сумерках. Машины, гружёные благодарностью и новыми задачами, тронулись в обратный путь. В зеркале заднего вида удалялись силуэты людей, которые остаются там, на переднем крае, чтобы мы могли жить своей жизнью. И глядя на них, я точно знала: мы вернёмся. Потому что иначе просто нельзя.🙏