Заметные сентябрьские события в жизни Иосифа Бродского ⚡
Заметные сентябрьские события в жизни Иосифа Бродского ⚡ Сентябрь 1964 года стал для Иосифа Бродского временем важных событий: в этом месяце он пишет «Новые стансы к Августе». Из Ленинграда в Москву за Бродским приезжает поэтесса и переводчица Н.И. Грудинина, свидетель защиты на суде. Она отправляет письма в защиту Бродского генпрокурору Р.А. Руденко и первому секретарю ЦК КПСС Н.С. Хрущёву. По сведениям Л.К. Чуковской, Н.С. Хрущёв отметил: «суд велся безобразно, но пусть Бродский будет счастлив, что его судили за тунеядство, а не за политику, потому что за стихи ему причиталось бы 10 лет». Поэта навещает Евгений Рейн (в Норинской). Письма в защиту Бродского отправляют Д.Д. Шостакович, К.И. Чуковский, К.Г. Паустовский, А.Т. Твардовский, Ю.П. Герман. Перевод стенограммы суда публикуют во французском Figaro Litteraire и в английском журнале Encounter. 4 сентября 1965 года Верховный Суд РСФСР издаёт постановление об изменении срока наказания Бродского до реально отбытого (18 месяцев). Документ по ошибке отправлен в Ленинград вместо Архангельской области и вступит в силу только 23 сентября. Коношская районная газета «Призыв» публикует стихотворение Бродского «Обоз» под названием «Осеннее» («Скрип телег тем сильней…»). 10 сентября Бродский приезжает на побывку в Ленинград, встречается с Анной Андреевной Ахматовой, узнаёт, что его возлюбленная Мария Басманова находится в Москве. Попытка уехать в Москву неудачна из‑за наблюдения агентов КГБ, и поэт возвращается в Норинскую. 23 сентября Бродский официально освобождён и едет в Москву, где останавливается у Андрея Сергеева. Он навещает Л.К. Чуковскую, посещает могилу Ф.А. Вигдоровой. Отрывок из «Новых стансов к Августе» (фрагмент): I Во вторник начался сентябрь. Дождь лил всю ночь. Все птицы улетели прочь. Лишь я так одинок и храбр, что даже не смотрел им вслед. Пустынный небосвод разрушен, дождь стягивает просвет. Мне юг не нужен. II Тут, захороненный живьем, я в сумерках брожу жнивьем. Сапог мой разрывает поле, бушует надо мной четверг, но срезанные стебли лезут вверх, почти не ощущая боли. И прутья верб, вонзая розоватый мыс в болото, где снята охрана, бормочут, опрокидывая вниз гнездо жулана.