Я достаточно часто ездил и езжу в рамках выездных специализированных бригад, чтобы оказ...
Я достаточно часто ездил и езжу в рамках выездных специализированных бригад, чтобы оказать помощь малышам вдали от тех больниц, где я работаю, а потом перевезти такого ребёнка к нам или к кому-то из коллег, кто может справиться с конкретной клинической задачей лучше. Транспортная медицина и всё, что касается медицинской эвакуации пациента, — это особый мир, в котором предельно творческий подход удивительно сочетается с жёсткими протоколами, стандартами и алгоритмами. Каждая строка в этих правилах прописана кровью и чьей-то судьбой — чаще речь идёт о пациентах, которых потеряли по той или иной причине, но иногда проливается кровь врачей, медицинских сестёр и фельдшеров. Их жизнь обрывается, а мы остаёмся в звенящей тишине... И лично у меня в эти моменты всегда возникает вопрос: как это предотвратить в следующий раз? Однажды я был на лекции одной медицинской сестры из Великобритании, которая в своё время организовала с нуля транспортировку всех новорождённых по Соединённому Королевству. Особое внимание уделялось безопасности, и она показывала аварию с машиной скорой помощи, где реанимобиль получил такой сильный удар сбоку, что по спирали перевернулся через крышу, сделав полный оборот вокруг своей оси. Казалось, внутри должно было быть месиво из людей, ребёнка, аппаратуры и т. д. Но следующий её видеоролик был с нагрудной камеры спасателя, который открыл боковую дверь этой машины. Внутри всё было в полном порядке. Сотрудники были пристёгнуты ремнями. Ребёнок был крепко зафиксирован в инкубаторе. Вся аппаратура была на специальных креплениях, которые для этого и предназначены. Расходные материалы лежали в своих ящиках и нишах. Внутри машины царил полный порядок. Я был глубоко поражён увиденным. То, что я видел в поездках у нас, в корне отличалось. Сотрудники не пристёгивались — как будто принципиально. Детей нередко возили «на руках». Оборудование лихорадочно расставлялось в машине и, дай Бог, было хоть к чему-то прислонено, чтобы не болтаться в пути. На том кусочке ответственности, что был отведён лично мне, я всегда старался изменить эту грустную картину, не забывая о безопасности. Заставлял пристёгиваться сотрудников, хотя бы тех трёх, что ехали рядом со мной. Отказывался ехать без специального инкубатора, порой ругаясь и преодолевая мой «любимый» аргумент: «Ой, раньше как-то без всего этого обходились, и было нормально! Как вы пришли, так сразу начались проблемы!» Фиксировал оборудование даже в небольших поездках, хотя бы специальными ремнями, используя особенности внутренней конструкции реанимобиля. Всегда выступал решительно против мигалки, если на то не было веской причины: «люстра» на крыше любой машины скорой помощи активирует более агрессивный тип вождения у водителя скорой, а также иногда провоцирует других участников дорожного движения на предельно нелогичные и опасные действия. Всё это вроде бы мелочи, но именно они спасают жизни как сотрудников, так и пациентов. Судя по новостям, в ночь на субботу в Петрозаводске случилось ДТП: в машину скорой помощи врезался легковой автомобиль. Внутри скорой — двое погибших. Водитель легковушки жив. Наверное, потому что был хотя бы пристёгнут. Упоминаний о пациенте я не видел, значит, скорая наверняка ехала пустой. Мигалки и сирена, по статистике, выигрывают мизерное время. Стоит ли это жизни тех, кто может и должен помогать другим? Очень жаль, что ушли такие замечательные люди. Мои искренние соболезнования родным и близким. @ (Максим Ткачук)
Канал в каталоге Максиметера
1 823 подписчиков · Новости