Серия 4. Вы с ума сошли?
Серия 4. Вы с ума сошли? Алина решила, что мать действует назло отцу. Павел был уверен, что она просто находится в шоке и через полгода пожалеет. Игорь, когда узнал о продаже, приехал в тот же вечер и впервые после ухода выглядел по-настоящему рассерженным. Он не понимал, зачем избавляться от хорошего дома, который они строили почти пятнадцать лет. Здесь Татьяне ничего не угрожало, участок ухоженный, соседи знакомые, детям удобно приезжать. Если дело в деньгах на содержание, он готов помогать. Татьяна слушала и вдруг ясно увидела странную вещь: все трое обсуждали дом так, будто точно знали, какая жизнь ей нужна. Никто не спросил, хочет ли она сама каждую субботу мыть сто сорок квадратных метров и ждать, когда дети выберут время приехать. Игорь заметил, что раньше Татьяна любила этот дом. Она не стала спорить. Любила. Вместе с ним, детьми, шумными завтраками и планами на будущее. Но любовь к тому, что было, не обязывала жить внутри этого вечно. Риелтора она вызвала через неделю. Первый просмотр оказался ужасным. Молодая пара ходила по комнатам, обсуждала, где сломать стену, а где поставить детскую. Женщина сказала, что кухня старомодная и все придется переделать. Татьяна потом час сидела на диване и плакала, будто незнакомые люди не дом критиковали, а прожитую в нем жизнь. Она почти сняла объявление. Остановил Игорь. Он неожиданно сказал, что если Татьяна решила продавать, нужно продавать. Не потому, что он одобряет, а потому, что дом действительно должен принадлежать тому, кто хочет в нем жить, а не человеку, которому остальные поручили его охранять. Это были первые слова мужа после ухода, за которые Татьяна почувствовала благодарность. Через месяц нашлись покупатели — семья с двумя маленькими детьми. Женщина не спрашивала, сколько будет стоить снести кухню. Она стояла возле окна и восхищалась яблоней, которую когда-то посадил Павел в пятом классе. Татьяна согласилась на сделку. А когда начала разбирать чердак, обнаружила коробку, которую не открывала почти тридцать лет. Внутри лежали ее старые эскизы платьев, выкройки и пожелтевший диплом курсов кройки и шитья. Алина, увидев рисунки, долго их рассматривала, а потом удивленно спросила: — Мам, ты правда всё это сама придумала? Татьяна вдруг поняла, что дочь впервые видит часть ее жизни, существовавшую до мужа и детей.