оймал себя на мысли, что впервые за день его перестала раскалываться голова.
оймал себя на мысли, что впервые за день его перестала раскалываться голова. Джокер тем временем уже снова запрыгнул на подоконник, лениво подбрасывая в воздух туз пик. — Ладно, проваливай спасать мир, чудо в перьях, — бросил он через плечо, даже не повернувшись. — А то твои кексы остынут. Феликс фыркнул, развернулся и быстро зашагал к выходу. Но уже у самой двери он на секунду обернулся. Джокер сидел спиной к нему, подставив лицо прохладному вечернему ветру. «Странный он. И жутко раздражающий», — подумал Феликс, крепче сжимая поднос. Но почему-то его сердце стучало чуть быстрее обычного, а на щеках остался едва заметный румянец, который никак не хотел проходить, пока он спускался на шумный второй этаж.
28 просмотров