ЦИФРОВОЙ РУБЛЬ: КАК ВЛЯПАТЬСЯ В ПРОБЛЕМЫ, НИЧЕГО НЕ НАРУШАЯ
ЦИФРОВОЙ РУБЛЬ: КАК ВЛЯПАТЬСЯ В ПРОБЛЕМЫ, НИЧЕГО НЕ НАРУШАЯ Главный риск цифрового рубля: плохую историю может получить не сам рубль, а ваша финансовая связь с плохим человеком. С 1 июля 2026 года оператор платформы цифрового рубля обязан оценивать пользователей по требованиям 115-ФЗ и относить их к низкому, среднему или высокому уровню риска. А теперь убираем из разговора террористов, наркоторговцев, обнальщиков и остальных персонажей, которых нормальный человек привык считать далёкими от собственной жизни. Возьмём абсолютно бытовые ситуации: • вы продали квартиру и получили деньги от покупателя, который до этого взаимодействовал с компанией, оказавшейся подозрительной. • вы продали автомобиль человеку, через счета которого раньше прошли мошеннические деньги. • вы спокойно получали заработную плату, а работодатель позднее попал в высокорисковую категорию. • вам перевел цифровой рубль человек, который оказался одним из элементов подозрительной финансовой цепочки. Ни в одном из этих случаев вы автоматически не превращаетесь в преступника. Нет нормы, по которой однажды замеченный в сомнительной операции цифровой рубль навсегда становится «грязным», а потом последовательно заражает всех людей, через чьи счета он прошёл. Но реальная конструкция от этого не становится особенно приятной. Счёт цифрового рубля ведёт Банк России. Пользователь идентифицирован. Операции внутри платформы фиксируются. Условная цепочка может выглядеть очень просто: подозрительный контрагент - затем ваш контрагент - затем вы - затем ваши последующие операции. Если операция вызывает AML-подозрение, она может не пройти. У вас могут запросить документы. Могут попросить объяснить экономический смысл платежа. При высокой категории риска договор счёта цифрового рубля вообще может быть расторгнут. Расторжение счёта цифрового рубля не означает автоматической конфискации денег. Остаток при закрытии такого счёта переводится в банковскую систему, если не существует отдельного законного основания для ареста, взыскания или другой формы ограничения. То есть проблема не в том, что государство однажды нажмёт кнопку и заберёт цифровые рубли человека только потому, что несколько месяцев назад он продал кому-то автомобиль. Проблема в другом. Государственная финансовая система потенциально способна видеть значительно больше связей между участниками операций, чем видит обычный человек. Когда вы продаёте квартиру, автомобиль или получаете крупный перевод от родственника, у вас нет никакой возможности открыть финансовую биографию контрагента и посмотреть, с кем он рассчитывался вчера, месяц назад или два года назад. Если в цепочке где-то появляется проблема, вам приходится объяснять, почему деньги оказались на вашем счёте, откуда они пришли и какая хозяйственная или бытовая операция стояла за переводом. Именно поэтому главный вопрос цифрового рубля! Как именно алгоритм будет отличать человека, который является частью преступной финансовой конструкции, от обычного человека, который случайно оказался рядом с этой конструкцией в графе денежных операций? Именно здесь возникает главный бытовой риск цифрового рубля - обычный человек может оказаться участником подозрительного финансового графа совершенно законным способом, а объяснять происхождение этой связи потом придётся уже ему. Речь идёт о нормальном человеке, который ничего не нарушал, но однажды оказался финансовым соседом человека, у которого были проблемы.