🤍 Душевный разбор истории подписчика
🤍 Душевный разбор истории подписчика «Почему мой ребёнок меня не слушается?» Из обращения подписчицы. Текст сокращён, пунктуация исправлена, узнаваемые подробности опущены. «Ребёнок, мальчик, 4,5 года. Не слушается, не хочет идти на контакт, гнёт свою линию, одни протесты на просьбы. С появлением дочки сын стал неуправляемым. Ничего не боится: ни угла, ни по попе, ни бабайки. Упрашиваю: «Одень носки» — «Не буду, не хочу»… Иногда не понимает, о чём мы с ним говорим… Есть задержка речевого развития. Невнятная речь, как будто боится нас. Муж телесно его не наказывает, я иногда могу по попе ввалить! Знаю, что это неправильно… Замахивается на меня рукой, щипается. Цель: хочу, чтобы сын меня слушался и стать для него авторитетом. …Из-за того, что я переехала в другую область, нету реализованности… Выдоха нигде нет. …Всё упирается в то, что в меня никто не верит, у меня депрессия, нет помощи. Депрессия оттого, что мама умерла, и больше никого нет… Не знаю, что делать: либо работать со мной, либо с ребёнком.» В этом письме хочется особенно внимательно отнестись к словам «выдоха нигде нет». Вы переживаете утрату, воспитываете двоих детей, пытаетесь найти своё место после переезда. Похоже, вам сейчас особенно важно чувствовать себя нужной, способной, услышанной. А многое даётся тяжело, и поддержки не хватает. На этом фоне обычное детское «не хочу» может переживаться очень болезненно. Нужно всего лишь надеть носки, а внутри поднимается накопившееся бессилие. Хочется хотя бы здесь добиться результата, почувствовать, что вас слышат. Уговоры сменяются раздражением, давление растёт. Сын сопротивляется сильнее, и кажется, что авторитет совсем потерян. Так вы оба можете оказаться в повторяющемся круге ссор. Начинать изменения стоит с того, как вы проходите через эти столкновения. Вы пишете и «ничего не боится», и «как будто боится нас». Ребёнок может бояться и продолжать сопротивляться. По силе протеста нельзя определить, насколько ему спокойно рядом со взрослым. Шлепки и запугивание нужно прекращать. Если чувствуете, что можете ударить, прервите спор, обеспечьте детям безопасность, попросите другого взрослого сменить вас, если он рядом. При этом понятные границы остаются: «Я не дам тебе меня бить». Короткая просьба, помощь с началом действия, спокойное повторение необходимого правила. Детское недовольство само по себе не означает, что вы плохая мама или потеряли авторитет. Но удерживать такую позицию трудно, когда собственные силы на исходе. Поэтому вопрос о помощи вам — часть заботы о ребёнке. С мужем важно обсуждать конкретные обязанности и время, когда вы сможете отдохнуть. С переживанием утраты, сильным упадком сил и чувством безысходности стоит обратиться за профессиональной помощью. А сыну нужна отдельная помощь с речью и пониманием обращённых слов: консультация педиатра и логопеда, проверка слуха. За невыполненной просьбой иногда стоит непонимание — это важно выяснить. Поэтому на вопрос «Со мной или с ребёнком?» я бы ответила: помощь нужна вам обоим. Вам — чтобы постепенно вернуть силы и научиться выдерживать его протест без угроз и ударов. Ему — чтобы получать необходимую помощь и чувствовать рядом понятного, предсказуемого взрослого. И между всеми этими заботами оставляйте место обычной близости: поиграть, обняться, если ребёнок хочет, побыть вместе без проверки знаний. В отношениях с мамой должно быть место, где можно просто радоваться друг другу. А вы замечали, как меняется ваша реакция на детское «не хочу», когда вы отдохнули и когда силы на исходе? С теплом, Юлия Яшнова 🤍