ИЗНАНКА
ИЗНАНКА Я мыл лицо над раковиной. Вода была ледяной, помогая проснуться. Я закрыл глаза, плеснул на лицо еще раз, и когда открыл их, понял, что что-то не так. В зеркале я смотрел на себя. Но мое отражение не моргало. Я замер. Отражение замерло тоже, но его глаза были широко раскрыты, а зрачки — неестественно сужены. Я медленно поднял правую руку, чтобы вытереть лицо. Отражение подняло левую. Всё как обычно. Но оно не смотрело на мою руку. Оно смотрело мне прямо в глаза с такой животной, первобытной ненавистью, что у меня перехватило дыхание. Я попятился. И тут я заметил, что фон в зеркале другой. За спиной у моего отражения не было кафельной плитки и душевой шторки. Там была густая, темная, бесконечная пустота. А из этой темноты, прямо за спиной у моего двойника, медленно выступали десятки бледных, худых рук. Они тянулись к нему из мрака. Отражение вдруг широко улыбнулось мне, показав идеально ровные зубы. Оно быстро прошептало что-то, и я прочитал по губам: «Спасибо, что подменил». Оно резко развернулось и нырнуло в эту темноту. Бледные руки тут же набросились на него, я увидел, как они вцепились в его одежду, как рвут его плоть, как хлынула черная кровь. Я стоял, не дыша, и смотрел, как они жрут мое отражение. А потом все они одновременно подняли головы. Десятки окровавленных лиц с моими чертами посмотрели прямо на меня. И одновременно шагнули к стеклу. Я в панике бросился к двери ванной, схватился за ручку. Она не открылась. Я ударил по ней плечом. Она не звякнула. Моя ладонь уперлась не в дерево, а в холодное, гладкое стекло. Я медленно обернулся. Позади меня не было ванной. Была лишь темная, бесконечная пустота и десятки бледных рук, которые уже тянулись ко мне. А по ту сторону стекла, в моей настоящей ванной, «я» спокойно вытер лицо полотенцем, улыбнулся своему отражению и выключил свет.